– В вас, определенно, говорят наркотики. Мне ужасно хочется пристрелить вас на месте.
– Если я шпион, то, убив меня, вы действительно получите шанс на небольшое продвижение по службе. Если же нет, то вас казнят.
– Думаете, у вас на руках хорошие карты?
Я тяжело вздохнул.
– Лейтенант, – сказал я, – вы когда-нибудь станете очень хорошим офицером, настоящим командиром. Но пока что вы им еще не стали. Так вот, получается, что тот контейнер с мрамором, в который лазил Тремма, не разлетелся после взрыва шаттла – он находится в противоположной стороне трюма. Не хотите взглянуть, что в нем лежит на самом деле?
Глава 5
Дверь контейнера оказалась распахнута настежь.
– Клянусь Основателем… – выдохнула Дейлани, когда мы подошли поближе. Даже снаружи мы хорошо видели, что находилось внутри.
Я не находил слов. Я подозревал что-то подобное, и все равно у меня перехватило дух.
Мы стояли в громадном трюме; со всех сторон нас окружали высоченные штабеля белых контейнеров. Голова у меня кружилась, и увиденное отнюдь не улучшало моего состояния.
– С таким запасом можно пробить дыру величиной…
– Адмирал, это не мрамор!
– Я вижу, лейтенант!
Было интересно смотреть, как Дейлани волнуется из-за чего-то, кроме моей персоны.
В контейнерах содержались армейские боеприпасы, вернее, одно из самых мощных взрывчатых веществ – «14–14». Взрывчатка была расфасована в огромные, в человеческий рост, шашки, предназначенные, вероятно, для разрушения зданий или проделывания дыр в стенах космических станций. Присмотревшись внимательнее, я увидел, что это не просто шашки, а заряды для ракет межкорабельного боя. Того количества «14–14», которое находилось в этом трюме, хватило бы, чтоб вывести из строя дредноут.
Как правило, такие боеприпасы окружены немыслимыми предосторожностями. Охрана, системы, тяжелые двери. Здесь же доступ в контейнер преграждал всего лишь замок с тактильным датчиком.
Я облизал губы.
– Энсин, как ваши дела?
– Думаю, сэр, что мне удастся запустить регенератор, – донес до меня комм голос Нилса.
– Рядовой?
– Адмирал, я вскрыла склад баллонов с O2 на четвертой палубе. И сейчас начну перевозить их в медотсек. И еще, я нашла несколько герметичных бочек, которые можно будет использовать для воды.
– Вы неподражаемы. Так держать!
Дейлани смотрела на меня, я же никак не мог понять, что же она рассчитывала от меня услышать. Я откашлялся, прочищая горло.
– Итак, лейтенант, что капитан Тремма мог затеять с этим… э-э… мрамором? Зачем ему понадобилось вытаскивать взрывчатку наружу? Что там оказалось такое, что нужно было взрывать?
– Я надеялась, адмирал, что это вы мне объясните.
Мы уставились друг на дружку.
– Не могу даже предположить. – Я говорил чистую правду, и она, несомненно, понимала это.
– И что, здесь только вот это? Оружие? – Она повернулась, чтобы окинуть взглядом весь трюм, все нагромождения штабелей.
– Я предпочел бы не комментировать.
Она взглянула на меня без всякого выражения.
– По-моему, немного поздновато изображать невинность.
– Это не мой корабль, – ответил я, пожав плечами. – Но пожалуй, что да. Знаете ли, ведь война только что завершилась. Но сейчас наша проблема вовсе не в этом.
Мы вновь уставились на контейнер.
– Шлюз включался только один раз, и оба пилота погибли, сожженные ремонтным оборудованием. Чушь какая-то, – произнесла Дейлани.
– Первый вопрос: почему их понесло наружу? Что ж… теперь мы знаем о пробоине, и вероятнее всего, это и есть ответ. Но могут быть и другие повреждения, о которых мы ничего не знаем. Что-то такое, чем они намеревались заняться.
– С помощью «14–14»?
– Вот тут-то и вся загвоздка, вам не кажется? – Я потер щетину на подбородке, как будто это движение могло примирить меня с окружающей действительностью.
– Вы действительно не знаете, что все это значит? – Теперь она посмотрела на меня чуть ли не умоляюще.
– Вы только сейчас это поняли?
– Получается, что да. – Теперь она упорно смотрела вниз, на руки, возможно жалея, что перчатки не позволяют грызть ногти. Ей было страшно. Мне тоже.
– Рядовой, сканер показывает что-нибудь?
– Нет, адмирал.
– Я так и думал. Мы получили подтверждение, что на борту находилось только шесть человек, которым и следовало там быть, и что компьютеры не всегда были отключены – в частности, контроль безопасности, – так что можете снизить бдительность, если хотите, конечно. Полагаю, что дело все-таки в неисправном оборудовании.