По загривку ползали холодные мурашки, и меня так и подмывало оглянуться.
Мы до сих пор не нашли объяснения тому, что случилось в шлюзе. В понятие простого несчастного случая это никак не укладывалось. Кто-то намеренно испортил ремонтный скафандр? Мне было очень трудно представить себе такое. И зачем? Для подобной версии у меня не находилось сколько-нибудь правдоподобных обоснований.
Нилса я нашел в связном отсеке и вручил ему планшет. Мне же предстояло приложить свои ограниченные технические знания к вопросу повышения живучести наших скафандров.
Принцип радиопоиска ганрайской колонии был прост. Они, конечно, могли засечь нашу передачу и заинтересоваться сигналом, но на это рассчитывать не стоило. Нужно было сделать нечто более очевидное, например, послать «SOS». Создать маяк из подручных средств будет непросто, но Нилс был уверен, что ему это по силам. К тому же ему было просто необходимо занять мысли чем-то серьезным, иначе он стал бы уделять слишком много внимания расходившимся нервам.
В медицинском отсеке Салмагард пыталась справиться с двадцатигалонной цилиндрической флягой дистиллированной воды. Сгибаясь под тяжестью, она все же умудрилась притащить ее туда на плече. Я помог ей сгрузить ношу.
– Неужели так действуют высококачественные гены? Заставляют представить себя муравьем?
– Кем?
– Э… муравьем. Существо со Старой Земли, способное поднимать груз намного больше собственного веса. Много народу считает, что они, в конце концов, возьмут над нами верх в эволюции.
– О, да. – Как-никак она же родилась на Земле.
– Полагаю, ваше семейство не предполагало, что вам придется таскать водяные баки. Ведь у вас, конечно, очень продолжительная, многоступенчатая родословная, верно?
Она покачала головой.
– Нет, сэр.
Я вскинул брови.
– Да что вы?!
– Нет, адмирал.
– Но вы как две капли воды схожи с Герцогиней. Только не говорите, что мне это померещилось.
Салмагард настолько походила на разнообразные портреты Великой герцогини, что я счел нашего рядового носительницей ее генов. Так же, несомненно, считали и Дейлани с Нилсом. Мне было известно о существовании пары чрезвычайно привилегированных линий, главным предназначением которых было подтверждать, что ДНК Герцогини все еще жива.
Она немного покраснела.
– Это намеренное сходство.
Я не сразу сообразил, что она имела в виду.
– Вы изменили внешность?
– Я – нет. Это часть программы по подключению моей касты к службе.
– Но ведь дворянство веками служило. Офицерский корпус наполовину состоит из аристократов.
– Речь шла о службе в иных качествах, – пояснила Салмагард.
– Ах, вот вы о чем… Пожалуй, это давно напрашивалось, но зачем же было программировать внешность кандидатов? – Решение было типично эвагардским: из прецедента с зачислением аристократов на низовые должности устроили настоящее шоу. По большей части безвредная и, безусловно, прогрессивная затея оказалась не слишком приятной для таких, как Салмагард, которым пришлось превратиться в актеров, загримированных под исторические персонажи.
Девушка явно смутилась.
– Меня никто не спрашивал. – Она прикоснулась к своему лицу – как я теперь понимал, это было вовсе не ее лицо. Оно не просто походило на лицо прославленной женщины, а было точной копией лица Великой герцогини. – Нам всем дали лица героев Объединения. – Она имела в виду эпоху борьбы за власть, которая шла на Старой Земле в двадцать первом веке. Ее исход, определенный той самой молодой женщиной, чье лицо теперь имела рядовой Салмагард, определил развитие человечества на все последовавшие столетия.
Эвагард никогда не забывал о почитании своих героев. В их честь назвали половину планет и систем Империи. Черт возьми, даже новый флагман носил имя Джулиана.
– Изменения были чисто эстетическими, – добавила она. – Во всех прочих отношениях мы остались самими собой.
– К какому колену родословной вы принадлежите?
– Девятому.
– И к тому же со Старой Земли… – Значит, она относилась к самому нижнему уровню благородного сословия. Самые знатные из тех, с которыми мне доводилось встречаться, насчитывали по пятьдесят колен; на их фоне ее род был бы вовсе незаметен. Вероятно, ее семья очень богата.
– Мы называем ее просто Землей, – негромко сообщила Салмагард.