Мы бежали дальше.
Без гор имущества, которые мы успели сложить сюда за короткий срок, медицинский отсек казался пустым. Все уже перекочевало в грузовой отсек флаера. А оставшееся, после нескольких сотрясений, рассыпалось по полу в беспорядке.
Медицинские приборы и инструменты валялись повсюду. Так что вещи, которые нам требовались, еще предстояло разыскать.
Мы приступили к поискам, но почти сразу же замерли. Мы с Дейлани выпрямились одновременно. Она растерянно посмотрела на меня.
– Вы слышали?
– Да, – ответил я, оборачиваясь. – Вы что-нибудь почувствовали?
– Это не корабль, – сказала она, взвешивая на ладони медицинские лазеры.
Мы втроем уставились на шкаф, теперь до половины заваленные содержимым, вывалившимся с незакрытых полок и из незапертых отделений.
Банка с пластиковыми бинтами покачнулась с хрустящим звуком, упала на палубу и покатилась.
На шкафу что-то двигалось.
Глава 9
– Вы видели?
– Я видела, – сказала не очень-то счастливым голосом Дейлани. Я понимал, что она могла чувствовать. Лучи всех трех фонарей скрестились на шкафу. Хруст между тем продолжался. Я вытянул шею, пытаясь увидеть его источник, но никак не мог его разглядеть. – Ваш капитан Тремма не держал ли какую-нибудь зверушку?
– Если и держал, то она была бы в каюте. Но я в этом сомневаюсь. Не его стиль, – ответил я.
– В таком случае что же это может быть?
– Все что угодно. Хотя на корабле не может быть никого живого, кроме нас, – твердо сказал я. – Потому-то я и стараюсь не поддаваться панике.
– Может быть, это ремонтный робот? Из маленьких.
Я поднял с пола металлический тазик и направился к шкафу.
– Я намерен выяснить это.
– Адмирал! – Ее встревоженный голос звучал немного визгливее, нежели те обвинения, которыми она засыпала меня прежде.
– С Треммой и его помощником что-то случилось, – сказал я, не сводя взгляда со шкафа. – А когда корабля не станет, ни у кого не останется возможности выяснить, что это было. Я любопытен. А вы?
Неведомая тварь на шкафу внезапно изменила направление движения, и я метнулся вперед, разбрасывая тазиком медицинские принадлежности. Дейлани ахнула.
– Вы его поймали?
– Думаю, что да, – ответил я, чувствуя, как что-то тыкается в металл изнутри.
– Разглядели?
– Нет, – признался я, сосредоточившись на том, что находилось под перевернутым тазом. Я и слышал, и чувствовал на ощупь, как неведомая тварь скребла гладкий металл. По коже поползли запоздалые мурашки. Я взглянул на Салмагард. Она же со Старой Земли. – Вы думаете, это… как ее?.. крыса? – На Земле существовало млекопитающее примерно такого размера. Но то, что находилось под тазиком, не казалось мягким и пушистым.
Девушка покачала головой.
– Разве такое возможно? – Дейлани шагнула было вперед, а потом снова попятилась.
– Невозможно, – ответил я. – Этот малыш целеустремлен. – Под тазом непрерывно скреблись, в том числе царапая по металлу. – А вот что это кто-то местный – возможно.
– Вы же сами сказали, что здесь нет никакой жизни, – возмутилась Дейлани. Она смотрела на тазик широко раскрытыми глазами и медленно пятилась, пока не уперлась в стену.
– Разве я так говорил? Мне известно только, что при первичном обследовании здесь не нашли жизни, но, зная, как эта планета искажает показания сенсоров, не удивлюсь, если окажется, что это не так. И я вовсе не хотел сказать, что внимательно изучал эти отчеты. Мне просто довелось случайно услышать кое-что. Я не специалист в этих делах.
– Но мы же выходили из корабля. Разве может в таком месте существовать какая-нибудь жизнь?
– Различных форм жизни очень много, – ответил я, тоже пожирая глазами тазик. Затем отнял руки, и посудина тут же поползла по полке. Я поспешно пресек это движение. – К тому же существуют и еще менее гостеприимные планеты, чем эта.
– Не верю.
– Я тоже, – честно ответил я. Тому, что здесь происходило, должно было иметься объяснение. Какое-то испорченное оборудование? Нет, продырявленный кислородный баллончик несколько раз пролетел бы от стены к стене, но не издавал бы подобных звуков. И хирургические инструменты тоже не ведут себя подобным образом. Находка, чем бы она ни являлась, была живая. Единственным объяснением было, что она имела непосредственное отношение к кораблю, – кто-то из команды принес ее на борт. Не то чтобы такое случалось часто, но и исключением не было.