продовольствия войск наших запасы и все для них потребное благо-
временно было заготовлено.
Относительно мирной с турками негоциации производство и
окончание ея вверили мы безпосредственно нашему
действительному тайному советнику графу Безбородко, который вслед
за сим в Яссы отправляется и с которым, имея сношение, не
оставьте подавать все от вас зависящия пособия к благоуспеш-
ному совершению дела на него возложеннаго, поступая с
надлежащею откровенностию и согласием, как того добро службы
нашей требует.
Знаменитая победа в конце последней кампании
Черноморским флотом нашим, вами предводительствуемым, над таковым
же турецким одержанная в самой близости столицы оттоманской,
куда флот неприятельский из среды моря загнан с великим его
поражением, служит новым доказательством усердия к службе
нашей, особливого мужества- и искусства вашего, и приобретает
вам монаршее наше благоволение. В изъявление оного всемило-
стивейше пожаловали вас кавалером ордена нашего святого
Александра Невского, которого знаки, доставляя при сем, повелеваем
вам возложить на себя и носить по установлению. Впрочем
объявите всем и каждому, в деле сем участвовавшему, наше благо-
признание к их усердной службе и подвигам; отличившихся же
в оных не оставим и мы отличить монаршею по заслугам их ми-
лостию.
Михайло Васильевич! В дополнение тех повелений, какие от
нас даны вам, по случаю поручения вам до будущего усмотрения
начальства над армиею нашею, бывшею под предводительством
покойного генерал-фельдмаршала князя Потемкина-Таврического,
и над флотом Черноморским, нужным находим предписать вам:
первое, флот Черноморский разоружить и стараться со
всевозможным радением о скорейшем его исправлений и приведении в
готовность к весне, запасая заблаговременно провизии и все
потребное, дабы, в случае неудачи в переговорах с турками и
упрямства их к заключению мира, имели мы под руками
способы, убедительнейшие для их образумления; второе, строения
корабельные и прочих судов, кои начаты или распоряжены
покойным фельдмаршалом, стараться производить не отлагательно,
донеся нам, что где строится, так как об успехах в том и всех
подробностях. Уверены мы, впрочем, что вы по усердию не
упустите из виду ни одного из предложений, покойным генералом-
фельдмаршалом на пользу службы нашей учиненных, и
ревностным вашим наблюдением за всеми частями вверенного теперь
вам управления заслужите наше благоволение, с которым
пребываем вам благосклонны.
Приписка рукою Екатерины II:
«Сверх сего прошу вас всячески иметь.недреманное смотрение
о сохранении и сбережении победоносных наших войск и чтоб
дошло до них все определенное; и не давайте никому ничего
заводить в полках, не сходственное с штатным положением,
равномерно не допускайте никак непомерную строгость с людьми, кои
и без оной охотно послушны. Сие, однако, для вас собственно».
В рассуждении позднего уже времени к мореплаванию
сообщил я контр-адмиралу Ушакову, дабы он приступил к разгрузке
флота, к исправлению оного починкою и приуготовлению оного
начать, если обстоятельства потребуют раннюю кампанию.
Сухопутным провиантом снабжен весь Черноморский флот* состоящий
в Николаеве, Херсоне, Севастополе и Таганроге, по май месяц
будущего 1792 года. Сколько же осталось у оного морской провизии
от нынешней кампании и сколько оной потребно заготовить к
будущей, потребовал я ведомости; по луча оные, всеподданнейше
представляю в. и. в.
Гребной дунайский флот остается зимовать в Галаце и имеет
содержать себя во всякой военной готовности до заключения
мира. Оный снабжен был сухопутным провиантом и морскою
провизиею ноября по 1 число. Я предписал отпускать сухопутный
провиант из армейских Бырладского и Измаильского магазинов
на счет Черноморского флота. Морская же провизия, какая
необходимо признана будет потребною, доставится подрядчиками.
О количестве оной и о потребной для заплаты за оную суммы, по
учинении счета, приму смелость донесть в. и. в.
Сего октября 7 дня от Черноморского Адмиралтейского
правления представлено на рассмотрение его светлости прошение
римского и неаполитанского генерального консула Музеньги о
снабжении письменным видом французского негоцианта Луи
Антуана, имеющего намерение отправить в Константинополь
цесарских подданных два судна, одно из Херсона, именуемое «По-
чталион», а другое из Таганрога — «Св. Иосиф», по нагружении
их разными российскими незапрещенными продуктами, для
свободного находящимся на тех судах капитанам пропуску. А за
неполучением решения по прибытии моем в Херсон подал он
господин консул Музеньга ко мне прошение, коим требует повелеть из
Черноморского Адмиралтейского правления для пропуску тех
судов дать пашпорты, которые, по сходству манифеста ее
императорского величества 1785 года ноября от 1 дня, дать им
следует, но как сие во все прошедшее время войны первой раз еще
случилось, что таковые суда пойдут отсель с нашими товарами
в Константинополь, а с сего примера и впредь подобные просьбы
и отправление судов возьмут свое начало, потому, не спросясь я
главного начальника, не осмеливаюсь сам собою приступить
к даче пашпортов, а также и не выполнить их просьбу в
противность законного установления, опасаюсь же последствием, потому
обнадежил я его, господина консула, скорою резолюциею, и
между тем пока здесь судно свое они грузят товарами, поспешаю о
сем отнестись к вам, милостивый государь, и испросить в
резолюцию вашего наставления и приказания, как вы, милостивый
государь, об оных от его светлости, надеюсь, были уже известны.
Сделайте милость определить вашим мнением, можно ли
отправления, не ожидая дальнейшей резолюции, ныне дать им паш-
порты (хотя по многим обстоятельствам весьма бы нежелательно),
но за всем тем, почитаю, по силе манифеста дать им
оные должно, дабы не навлечь законной их претензии. Сделай
милость, батюшка Василий Степанович, не оставьте скорым
вашим в резолюции на сие ответом, ибо они требуют весьма скорой
резолюции, дабы не упустить последнего позднего уже ныне
времени. Его превосходительство Михаила Васильевич Каховской со
своей стороны о здешнем их судне в таможню дал свое повеление,
чтоб по смотре товаров, ежели окажутся незапрещенные,
пропустить, посему почитаю, что Михаила Васильевич, конечно, знал
намерение и позволение его светлости, следовательно, и мы
должны будем дать им билеты непременно на оба сии судна, по
исполнении ж сего, почитаю, должно будет отнестись донесением
к его императорскому величеству, ибо сие должно быть известно,
прошу всепокорнейше, милостивый государь, взять на себя сей
труд и об оном отпоавлении (ежели позволено дать им билеты)
сделать ваше донесение.
Недавнее ж время прибыли к Очакову из Константинополя с
лимонами и прочими фруктами два маленькие судна. От
здешнего начальства дано карантинному директору повеление взять
их в близость Херсона в карантин, господин же карантинный
директор спрашивает и от нашей стороны позволения о
допущении их сюда в карантин, я пред сим к вам, милостивый государь,