госпиталя выписываются, что весьма слабы - здоров[ьем], то оных
по выписке из госпиталя в работы отнюдь не посылать до тех
пор, пока они придут в совершенное здоровье, к сему потребно
время по крайней мере дней десять, дабы в сие время они
пришли в крепость здоровья, а которые и после такового времени
окажутся еще слабы, то и еще давать им от работы свободу.
Я надеюсь, что господа командующие всякое употребят старание
по своей команде служителей сберегать. Особые честь и
благодарность моя засвидетельствована будет тем, которые в
сохранении людей более успехов иметь будут.
§3
Господа командующие благоволят в командах своих
приказать, чтобы на дворах и около казарм, где живут служители,
имели и содержали всю наивозможную чистоту: на дворах и
близко жилья нигде отнюдь ничего не лить, дабы никакой
мокроты и вредного воздуха от того не было. Замечено мною, что
в некоторых дворах служители в посудах моют белье и воду
выливают на дворах, сие запретить непременно. Когда требует
надобность мыть белье, могут сию работу производить на берегах
и под горами в удобных местах.
Командиры крейсерских судов беспрестанно просят выдачи
им денег за взятые от них в казну суда, по представленным же
прежде от них прошениям резолюции еще не получено. А ныне
по откомандировании из оных десяти крейсерских судов,
следующих по повелению вашего высокопревосходительства в посылку
в Дунай к гребному флоту, все находящиеся здесь командиры
крейсерских судов просят еще меня наиубедительнейше
исходатайствовать им по команде удовлетворение, и притом подали о
прошении своем сего марта от 8 дня письмо, в котором между
прочим объявляют, что они находятся в крайнейших
обстоятельствах и бедствий от притеснения требованиями их должников и
объявляют себя неспособными без сего удовлетворения с судами
их ни к каким вояжам на море, дабы нечаянными случаями и
последней надежды своей не лишились и вконец себя не разорили.
Оное письмо их [в] оригинале при предложении моем препровси
дил я в Черноморское Правление, с которого из предложения
моего об оном в Правление точные копии при сем представить
честь имею,2 и прошу покорнейше вашего высокопревосходитель-
ства с удовлетворением сих командиров крейсерских судов
прежних их хозяев за платою за них денег исходатайствовать
монаршее благоволение и милость. Я всевозможно стараюсь их
обеспечить уверениями, что все следуемое они получат без сомнения, но
за всем тем объявляют они последнюю свою крайность и
усматриваю, что всеми возможностями стараются отбывать ото всяких
посылок со оными судами в море, опасаясь, как в письме их
означено, нечаянных случаев и последнего своего разорения.
Некоторые доходят даже до такой крайности, что при сем случае подают
свои прошения о увольнении их от службы, а особо опасаются
раннего ныне похода в реку Дунай. Предвижу ж, когда настанет
время посылать их для перевозу из Николаева пленных в разные
Оттоманской Порте принадлежащие места, тогда нанесут край-
нейшие еще затруднения и беспокойство упорными своими
разными отговорками. О чем вашему высокопревосходительству сим
донеся, ожидаю резолюции и паки прошу покорнейше об
удовлетворении их исходатайствовать милость и благоволение. А в
каковой сумме денег сии крейсерские суда каждое оценено, об оном
ведомость при сем представить честь имею,1 а за сим, уповаю, по
сходству моего предложения, Черноморское Правление с
вернейшей еще выправкою таковую ж ведомость с показанием во оной
малого числа бывшей из них некоторым выдачи денег представить
к вашему высокопревосходительству, с таковым же прошением
удовлетворения, которое им следует.
ЦГАВМФ, ф. Черноморское Адмиралтейское
§ 1
В прошлых годах приказами наистрожайше от меня в
командах подтверждено, чтобы за служителями по командам иметь
прилежное смотрение и в карты играть и сборища для того
делать не допускать, но ныне собрание картежников беспрерывно
бывает в лощине Артиллерийской бухты, в закрытых между
горами местах, и умножается чрезвычайно великим числом людей.
Сего числа самим мною оное освидетельствовано: по приходе
моем туда все играющие в карты разбежались, но я приказал
взять под караулом зрителей, при оных бывших, означенных в
приложенном при сем реестре, и велеть их допросить, чтобы они
пересказали всех тех, кого они знают. Из них некоторые
объявили бывших и бывающих в том собрании, означенных по
приложенному же при сем списку 2. Рекомендую господам командую-
щим оных служителей приказать по командам посадить под
караул и отобрать от них обстоятельные сведения, чтобы они
показали и прочих, кто таковые бывают с ними в собрании, и всех
оных за таковую их дерзость, а особо за то, что они разбежались,
не послушав моего приказания, и не остановились. Ежели бы они
сего не учинили, мог бы я на первый случай их простить, под-
ТЕердя только то, чтобы впредь не сбирались и игру оставили, но
когда столь оные дерзки и спасаются всегда бегством, думая
себя оным укрыть, то подвергают себя наижесточайшему
наказанию, что и исполнить. И притом подтверждаю господам
командующим в командах о сем запрещении карточной игры и сборищей
наистрожайше подтвердить и ко отвращению оного иметь наипри-
лежнейшее смотрение. Тех же, которые из них взяты при оном
зрители и которые из них не учинят запирательства, объявят
других, которых они знают, таковых же от наказания
освободить.
§ 1
Усматриваю я многократно, что около казенного
генеральского дому разные люди пускают лошадей, а иногда и другой
скот, которые посаженные около дому и проспекте фруктовые
деревья многие поломали. Несколько раз приказывал я сыскивать
хозяев того скота, но никто не является, ежечасно ж отгонять и
беречь те деревья неудобно, почему об оном всем, до кого
принадлежит, подтверждаю: в городе и около дома скота отнюдь без
особого присмотра нигде не пускать, если же от сего времени
окажутся шатающиеся лошади без присмотра, рекомендую
господину капитану над портом Доможирову приказать таковых
шатающихся лошадей брать и употреблять в работу к перевозке
камня к казенным строениям. Когда сыщутся об них поосильщики,
таковым приказать для получения резолюции являться ко мне.
Со вступления моего в командование флотом 1790 года.
По приезде моем из Ясс в Севастополь в апреле месяце г флот
при великих недостатках и малейше был не готов; но нимало не
мешкав, успел я в половине мая выйти на первый случай с
эскадрою и обошел Анадольские и Абазинские берега, при известных
действиях оного.
А затем, приуготовя все подлежности, действовал флотом
против неприятеля с известною пользою.
После первой баталии, по возвращении в Севастополь, день
и ночь происходила работа, и неусыпным попечением и трудами
все повреждения с поспешностию в самой скорости исправлены;
на место перебитых мачт, стеньгов и реев сделаны новые, и флот
вторично с известной пользою имел сражение, после которого,