присовокупляя, что он надеется о будущем возвращении похищенных
судов. Сказанный рейс, у чиня таковое насилие противу судов
государя, который с Блистательною Портою и ее союзниками
имеет общее дело противу французов, причинил оскорбление
флагу непобедимого императора августейшего моего государя,
которого Блистательная Порта почитает за свою подпору и
которого Европа возглашает избавителем своим. Ежели ваше
превосходительство рассудите свойство и следствия подобного
приключения, то найдете сходно с благоразумием и справедливостью
дать точные приказания на возвращение трех судов со всеми
бывшими на них людьми, составляющими их екипаж,
пассажирами и со всеми товарами, принадлежащими оным судам,
приказав также, чтоб сказанный начальник был наказан примерным
образом, ежели самопроизвольно учинено им таковое насилие и
ежели он не объявил сущую истину, ибо говорил он командиру
российского судна, имевшего в своем прикрытии те суда, что он
был осторожным в рассуждении неправильного своего поступка,
опасаясь какого-либо несчастия, могущего произойти от людей
ескадры своей и наказания вашего превосходительства.
Отправляясь я со всею императорскою ескадрою под моим
начальством к вашим окрестностям, отряжаю между тем то
самое судно, которому нанесено оскорбление, дабы командир оного
подал самолично вашему превосходительству дружеское сие мое
письмо, и желаю, чтоб он сам, приняв три судна, освобожденные
от вашего превосходительства со всем екипажем, людьми и
товарами, препроводил бы оные в их отечество для отдачи, таким
образом, всего ему препорученного под императорским флагом.
Вашему превосходительству представляется деятельнейшее
средство к опровержению приключившегося, и особливое мое
Так в документе. Очевидно, Кальяри.
к вашему превосходительству почтение побуждает меня, дабы
оное объявить, чтоб вашим превосходительством приказано было
освободить всех тех бедных жителей острова св. Петра,
принадлежащего его величеству королю сардинскому, другу и союзнику
августейшего моего государя, которые в минувшее лето были
уведены с оного острова тем же самым начальником. Таким
образом, ваше превосходительство сделаете особливое удовольствие
монарху великому, справедливому, великодушному и который
умеет оценять добрые дела.
Убежден я, что нет других мер, способных к употреблению,
дабы соблюсти честь императорского флага.
Федор Ушаков
Милостивый государь мой, князь Дмитрий Михайлович!
Почтеннейшее письмо вашего сиятельства от 18 (29) сего
октября я имел честь получить г. За уведомление и благоприят-
ство ваше покорнейше благодарю. Крайне желаю скорого
прибытия вашего сиятельства с войсками, вам вверенными, в Неаполь
и ожидаю иметь удовольствие с вами увидеться, а между тем
отделенная часть ескадры готовится к походу к Мальте, с
которою и вы с войсками отправитесь немедленно. В Анкону
посылать надобности теперь уже нет. Господин полковник Скипор,
с десантными от меня войсками в Риме находящийся, получил
из Анконы от командира отделенной от меня ескадры флота
капитана графа Войновича сообщение, которым уведомляет, что
Анкона десантными войсками, ему вверенными, с помощию
обывателей— инсоржентов, в трех тысячах состоящих, обложена
кругом тесною осадою, батареи, кругом всей Анконы
построенные на картечный выстрел, с большими орудиями, с кораблей
свезенными, при помощи с моря атакующих судов бьют ее
беспрестанно. Сверх того присоединились к нему в помощь 4000
австрийских регулярных войск под командою генерала Фрелиха,
потому почитает он, [что] посылки к нему войск больше не
нужно, следовательно, ваше сиятельство, имеете следовать чрез
Рим прямо в Неаполь. Так же и с ескадры, мне вверенной,
в Риме находящиеся наши войска с поспешностью оттоль
должны следовать к ескадре, нимало не медля, дабы как наиско-
рее начать действия наши против Мальты, чего здешнее мини-
стерство и его королевское величество весьма желают в
рассуждении необходимых в том надобностей. Но за всем тем я не
понуждаю ваше сиятельство весьма к скорому походу, прошу вас
следовать с войсками по вашему расположению, сберегая людей,