числе раненых 8 человек. О таком происшествии представляю
вашему высокопревосходительству о всеподданнейшем донесении
его императорскому величеству во всемилостивейшую и
высочайшую его волю. При местечке Сестрин я на гребных судах наш
десант перевез на корабли и еще цесарцев вышеписанных 48
человек не без трудности и могу доложить по справедливости,
в сем случае весьма доволен исправностию и усердием к службе
его величества, служащею к чести господ офицеров, отряженных
на судах с их кораблей: «Св. Михаила» мичманов Папы —
Егорова, Трусевича, Щеголева и Иванченкова, «Симеон[а] и Анны»
лейтенанта Жоржа. Сие случилось в ночное и мрачное с
мокротою время, а притом со стороны открытого моря.
9-го числа с кораблями зашел я в порто Сцепию, где сей
получил от господина Кленау уведомление, что он теперь
находится в Специи и следует в Сарзану. Копия с письма его при
сем же представлена.
Послал я волонтера Шелковникова с нотою к французскому
генералу о возврате мне пленных наших с объявлением, что от
нас в разные времена пленные французы были отпущены. Что
получу на сие, буду честь иметь донесть.
При сем случае [доношу, что]господин Шелковников отряжен
был от меня с десантом на берег к сигналам, учрежденным к
согласному содействию с сухого пути и от моря, исправлял с
усердием и довольною исправностию.
Вице-адмирал Пустошкин
По ордеру вашего высокопревосходительства от 30 ноября
под № 5062 высажен я был в десант с вверенным мне
черноморского майора Бриммера баталиона командою с капитаном
Дмитриевым, подпорутчиками Скоробогатовым, Барташем,
Прасолом, Крамаревым, Скляренком и Протопоповым, с пятнадцатью
унтер-офицерами, тремя барабанщиками, двумя фершелами, сто
гранодир и сто фузелер в местечко Кавори, где и явился к
цесарскому господину генерал-майору и кавалеру графу Кленау,
командующему австрийским корпусом, из 15 тысяч состоящего и
следующего для атаки города и крепости Генуи.
Атака долженствовала быть в трех колоннах: 1-ю колонною
с набережной стороны предводительствовал господин полковник
и кавалер барон Даспр; 2-ю колонною предводительствовал сам
господин генерал Кленау, а 3-ю колонною предводительствовал
неизвестный мне полковник. 2 декабря выступил весь корпус
из местечка Кавари и прибыл в Фонтани-Боно. 3 декабря
вторая колонна у местечка Турили атаковала неприятельские
форпосты, разбила и прогнала из шанцов их и преследовала за
неприятелем1 до самых предместий Генуи — местечка Квинто.
4 декабря на рассвете все три колонны подвинулись на вид
Генуи; 3-я колонна в 8 часов поутру начала перестреливаться с
передовыми неприятельскими пикетами, в то ж самое время первая
колонна открыла огонь в местечке Квинто. И я получил
повеление с гранодирскою ротою и с двумя егерскими австрийскими
ротами зайти в тыл к неприятелю. Капитан Дмитриев получил
таковое же повеление с одною своею и другою егерьскою ротами
атаковать неприятеля с другой стороны, что мы весьма поспешно
и выполнили. А после долгой перестрелки соединился я с
капитаном Дмитриевым и на штыках прорвался сквозь двое ворот,
где по мне из домов и садов чрезвычайный огонь неприятель
производил. Невзирая на это, шел все вперед, вдруг две колонны
неприятельские появились: одна шла прямо на меня, а другая
разделилась направо и налево по садам и атаковала меня со
всех сторон, где убито на месте: фельдфебель—1,
унтер-офицеров — 4, гранодир — 22, фузилер — 10 и барабанщик — 1. Всего
38 человек, о которых при особом рапорте именной список
вашему высокопревосходительству буду иметь честь представить.
Я же, не видя ни малейшей помощи от цесарских егерей,
отряженных со мною, которые остались вдали на горе, после
беспрестанного, продолжавшегося пять часов сражения, принужденным
нашелся по малолюдству, чтоб избегнуть плену или
совершенного истребления всех солдат, отступить и прорываться на
штыках, чтоб соединиться с корпусом, стоящим на горе, что
чрезвычайно удачно и выполнил. В 3 часа получил повеление следовать
к полковнику барону Даспру для ранфорсу 2; я приказал собрать
раненых, коих числом гранодир — 10, фузелер — 7 и фершел 3 — 1,