вашего превосходительства о добром ко мне расположении его
сицилийского величества приношу покорнейшую благодарность.
Письмо от генерала Актона получил я, наполненное благоприят-
ством и учтивыми объяснениями с благодарностию за ревность
и усердие мое о выполнениях к пользе его королевского
величества, но о посылке войск наших к Риму не упоминается, да и
отделить их с кораблей и фрегатов никак невозможно.
Беспрерывные многие имею я высочайшие повеления о соединении всех
ескадр в одно место и о прочих выполнениях; за всем тем, когда
генерал-лейтенант и кавалер Бороздин теперь находится уже
в Неаполе и с войсками своими в проходе неаполитанским
владением, непременно все успокоит без сумнения и наверное,
почитаю, может содержать в спокойствии Неаполь, а ежели нужно
отделить от него малое количество людей, то и Рим будет
спокоен. Ескадры наши окружать будут Сицилию и доставят
спокойствие неаполитанскому владению со стороны моря. А затем,
какие получу высочайшие повеления, и я не премину выполнять
во всей возможности. Засим, свидетельствуя вашему превосходи-
тельству истинное мое почтение и совершенную преданность,
с каковыми наивсегда имею честь быть.
Высокородный и превосходительный господин Али-паша и
губернатор Янины.
Милостивый государь мой!
В ответ на письмо вашего превосходительства от 13 числа1,
мною полученное, объявить честь имею о убийстве человека ман-
дукиотами, о котором писать соизволите, дело сие надлежит до
Сената Ионических островов, и сношение с вами от оного уже
было, о чем и Блистательной Порте чрез них известно,
следовательно, и о последствии сношение ваше должно быть с оным
Сенатом.
Я просил ваше превосходительство о возвращении судна с
товарами жителя Св. Мавры шкипера Коджакари, взятого вами
в Превезе, но не только удовлетворения на просьбу мою, ни же
ответа от вас на письмо мое не имею; посему и повторяю просьбу
мою о том, чтобы соблаговолили то судно и товары, яко
дружественное, возвратить, кому надлежит. Также обыватели Превезы
приносят жалобы, что от вашего превосходительства присланные
ломают их домы и разоряют имение; почему также прошу
оставить их в покое и разорения им не наносить. Все сие прошу я
по существующей дружбе в сходство высочайшего фирмана вам
от его султанского величества; в какой надежде, сохраняя
всегдашнюю мою к вам дружбу и приятство, имею честь быть и проч.
Сего числа получил из Мессины рапорт вице-адмирала Пу-
стошкина, от 18 марта писанный, которым доносит: того ж числа
поутру при продолжающемся от ZO ветре с дождем, от
громового удара на корабле «Симеоне и Анне» загорелась грот-мачта
под марсом в чиксах в средине; ни вырубить, ни залить было не
можно, которую мачту и принуждено было срубить, и тем
избавились опаснейшего случая. Вице-адмирал Пустошкин сам был
на том корабле и к спасению от пожара других средств не
находил. Объясняет в рапорте, что требовал он в замену мачту от
неаполитанского правительства, и по морскому департаменту,
генерал Эсплуга обещал дать ему с одного корабля фок-мачту, но
с тем, чтобы описался он в Палермо к министру вашего
императорского величества Италийскому о позволении от двора его
величества короля Обеих Сицилии, для сего и послан от него
в Палермо нарочный офицер и ожидает решимости. При первой
оказии я предпишу ему, вице-адмиралу, ежели получена будет
фок-мачта, сей корабль как наивозможно вооружить и к
надлежащему исправлению прислать в Корфу.
О чем сим вашему императорскому величеству
всеподданнейше доношу.
Милостивый государь, Вилим Петрович!
Во время бывшего Черноморского адмиралтейского правления
многократно при самых крайних необходимостях, обстоятельствах
по неимению казенных денег находившимся в Ахтиаре штаб-
и обер-офицерам выдавал я чрез контору Ахтиарского порта по
неотступным просьбам и по представлению конторы собственные
мои деньги на порционы и в число жалованья немалую сумму,
также при посылках транспортных судов, когда невозможно
было их отправлять без провизии, а подрядчики, имея
приторгованную провизию, но не имели денег за невыдачею им за много