щета туда не доставлю, а пойдут они туда мимо меня, опасаюсь
какого-либо неудовольствия; уповаю я, за провианты только нам
платеж деньгами остается, и за немного вещей, из
адмиралтейства в Мессине взятых на мою ескадру и на ескадру
вице-адмирала Пустошкина, ныне там бывшую, буде чего за что не
заплачено, ибо за прочее за все заплата от нас была. Я надеюсь, что
никакой ошибки тут не последует, буде за что деньги заплачены,
в другой раз того не напишут в требовании; также и в Неаполе
все, что брато из адмиралтейства для исправления наших судов,
от меня флота капитану Сорокину дано повеление по ращету
заплатить деньгами, а ежели что будет пропущено и не
заплачено, правительство должно также доставить ко мне
требовательную ведомость, положа за каждую вещь цену настоящую, что
должно, с положением транспорта всей суммы денег, сколько
всей суммы заплатить нам должно: за провизию, за леса и за
прочее, что забрато нами, буде за которые вещи заплаты от нас
не было, особым одолжением почту я, когда доставлен будет ко
мне обо всем оном верной щет надлежащим требованием, с чего
мог бы я представить как должно; а ежели бы у меня случились
деньги, то тотчас бы желал все оное заплатить, ежели только
буду в состоянии; все оное соображу я обще с господином
полномочным министром Томарою, осведомлюсь и сочту там, могу
ли я заплатить собою или чрез представление к высочайшему
двору. По известному вам его королевского величества
благорасположению содержание госпитали нашей в Неаполе и войски
наши, в услуге его величества на берегу в Неаполе находящиеся,
довольствуются кочтом королевским, следовательно, полагаю,
в щете сие к нам положено не будет. Все сие представляю я
к вашему превосходительству и прошу принять в ваше
рассмотрение и ходатайство об оном истребовать, как надлежит,
вышеозначенные щеты чтобы были сделаны и доставлены ко мне;
весьма нужно, ежели бы они не замедлились ко мне
доставлением. Я теперь все отчеты мои привожу в порядок и желаю все
соединить, что как надлежит, ко всеподданнейшему донесению
моему его императорскому величеству.
[Когда] я в первый раз из Корфу отправлялся к Неаполю,
Василий Степанович Томара уведомлял меня, что провизия на
ескадры, мне вверенные, на время бытности моей там будет
производима от стороны королевского величества, он так полагал,
о чем я вас прежде уведомлял; но по сношению моему с вами
заметно, [что] со стороны министерства неаполитанского мнения
с сим не сходны. Потому я таким образом к вам и описываюсь.
А к государю императору всеподданнейше доносил я, на наш ли
щет будет сия забираемая нами провизия или на щет
королевский, мне не известно. Решительности об оном и повеления
никакого не имею.
Некоторые необходимые надобности понудили меня, что ныне
посылаю я нарочное судно поляку «Експедицион» под командою
флота лейтенанта Македонского в Неаполь купить там или взять
за деньги из адмиралтейства малое число потребных вещей для
кораблей, также по надобности о ращетах с агентом Манзо о
денежной казне. Письмо сие посылаю я на оном судне с
приказанием отдать его в Мессине нашему консулу, чтобы он немедленно
доставил к вашему превосходительству, а вас прошу доставить
к нему ответ, когда поляка «Експедицион» воротится из
Неаполя в Мессину, чтобы сие ваше письмо господин Македонский
от консула принял и доставил бы ко мне. Прошу не оставить
также вашим уведомлением обо всем, что вам будет известно
о касательностях до Мальты, о английской ескадре, в здешнем
краю находящейся, где сколько английских кораблей и войск
находится, о французском флоте, о делах, что есть настоящее
в Италии, и особо на Рейне, а больше нужно мне знать
министерские дела со стороны Вены, ибо от господина министра
Колычева о сих касательностях ничего я не получил, кроме как
о делах, происшедших на Рейне. Замечаю, вы имеете сведения и
о прочем, прошу меня уведомить. В нынешних обстоятельствах
весьма нужно знать обо всем все предупредительно, чрез то и
наши дела будут соответственнее, и ежели чего и не известно,
можно будет предузнать и предполагаться деятельностями с лут-
чей пользою. В каковой надежде с наивсегдашним моим