чрез то могу открыть к моему сведению, какие они имеют
повеления, они должны будут дать знать мне об оных, ежели не
хотят себя явно оказать бунтовщиками. Обо всем оном донеся,
с истинным наивсегдашним моим почтением и совершенной пре-
данностию имею честь быть.
Милостивый государь мой, Василий Степанович!
Почтеннейшее письмо вашего превосходительства от
28 майя/9 июня и приложенные при оном письма графа Григорья
Григорьевича Кушелева и государственного казначея барона
Васильева, я получил. За доставление их покорнейше благодарю.
При письме графа Григорья Григорьевича Кушелева получил я
дубликат с высочайшего указа, от 10 апреля последовавшего;
о сем высочайшем повелении в письмах моих к вашему
превосходительству объяснено подробно; что касается до Мальты,
о чем со всеподданнейшего рапорта моего копия от меня
к вам препровождена, нетерпеливо ожидаю я высочайших
повелениев на всеподданнейшие рапорты мои, из Корфу
чрез Константинополь от вас отправляемые, кажется, по сие
время не были еще получены ни один из моих рапортов.
Надеюсь я получить на них полную развязку, ибо в них
все худости кораблей и непременная потребность к
исправлению в своих портах объяснены. Теперешнее высочайшее
повеление ко мне последовало по известиям, так как бы Мальта была
взята, но она и по сие время еще содержится в блокаде
англичанами и не взята. Я здесь ожидаю доставления провианта,
такелажа, припасов и материалов: корабли не в лутчем состоянии,
требуют великих исправлений. Фрегатов из Анконы и из
Неаполя ожидаю сюда прибытия. Все это, по мнению моему, должно
решиться дней в 10 или 15. Прошу покорнейше, ежели получите
ко мне высочайшие повеления, как можно скорее их доставить.
Крайнее сумнение имею я, как оставить острова, прежде бывшие
венецианские; по прежним высочайшим повелениям должно всех
служителей наших снять до одного, на оные отмены еще никакой
не получил и нетерпеливо ожидаю, что последует. Неимение
провианта и невозможность без оного ничего произвести, всякие
недостатки и не имущества довели меня от сумнениев в крайную
слабость здоровья, и не знаю, что последует. Ваше
превосходительство прежними уведомлениями уверяли меня, что провиант
из Константинополя отправлен, но совсем их нет и не слышно,
а из Морей весьма по малому количеству доставляются только
одни сухари; что получу, то и съедим. Забираем достальные из
магазин, и в них немалой частию совсем худые. За прошлые две
трети масло деревянное ныне сюда доставлено в худых бочках
и нехорошее. Служители не хотят совсем его принимать и не
принимают. Считают лутче совсем ничего не иметь, ежели не будет
дано масло коровье, так командиры представили; и чтобы совсем
сие масло не пропало, общим консилиумом определено продать
за какую бы цену ни было. Следовательно, против коровья
масла, почем оно обложено, половинная цена только обойдется,
а величайшая утрата с утечкою из бочек при доставлении,
думаю, останется еще в хлопотах, хотя оно совершенно на щет их
надлежит. Вот сколь страшные терпим мы в продовольствии
провиантов худости! Прочего провианта и по сие время ничего
нет: об всем уже я писал к вашему превосходительству. С
великим удовольствием следовал бы я уведомлению вашего
превосходительства о беспрепятственном походе к своим портам, но
разные еще препятствия настоят, и не знаю, будет ли возможность
отправлению к Мальте. Без провизии ничего делать нельзя, но
все, надеюсь, должно решиться скоро. За сим уведомлением
с истинным нижайшим почтением и совершенной преданностию
имею честь быть
Федор Ушаков
P. S. Со всеми ескадрами или с несколькими, надеюсь я, чрез короткое
время отправиться должно к Дарданеллам (думаю, однако, не со всеми).
Провиантов будет у меня мало, думаю, только будут одни сухари и
несколько круп и то ищу здесь их купить, прочего ничего нет. Ежели таким
образом отправлюсь, при отправлении моем писать к вашему
превосходительству и ныне предупредительно уведомляю, буде не привезено будет ко
мне крайне необходимо нужных провиантов, прошу хотя встречу ко мне их
послать. Весьма, надобно мясо соленое, а ежели его нет, прикажите купить