Протокол о легитимации 16 октября 1876 года. Был Алоис Шикльгрубер — стал Алоис Гитлер.
9 февраля 1857 года Иоганн Георг Гидлер умер от «удара» в возрасте 65 лет в своем родном селе. Внебрачный сын Марианны Алоис рос в доме опекуна в очень хорошей семье. Иоганн Непомук Гюттлер был самым богатым человеком в Шпитале. Кроме большого земельного участка он владел таверной — единственной в городе. Своих дочерей Иоганну, Жозефу и Вальбургу он выдал замуж за зажиточных крестьян, а Алоис в четырнадцатилетием возрасте (1851) уехал из Шпиталя в Вену, где учился у родственника своего опекуна сапожному делу. В 19 лет он пошел работать на таможню, где сделал поразительную карьеру. В 39 лет дослужившийся до поста кайзерского чиновника таможни, Алоис был гордостью своих родственников в Шпитале. В 1876 году, через 19 лет после смерти Гидлера и 29 лет после смерти Марианны, Иоганн Непомук Гюттлер (Гитлер) решил, что пришло время раз и навсегда прояснить вопрос о происхождении незаконнорожденного Алоиса. 6 июня 1876 года он в сопровождении трех свидетелей явился в нотариальную контору Йозефа Пенкера в городе Вейтре. Город находился всего в трех километрах от Шпиталя (Вейтра, дом № 54)40. Нотариус, проработавший в своей конторе уже 21 год, был очень опытным и хорошо знал местные отношения. Как он сам подчеркивал, Гюттлер и его спутники были ему хорошо знакомы. Он принял просьбу Гюттлера, сформулировал текст заявления и составил протокол. В протоколе о легализации 41 три свидетеля сделали официальное заявление. Они утверждали, «что умерший в Шпитале 5–6 января 1857 года мельник Иоганн Георг ГИТЛЕР (sic!) в их присутствии постоянно перед смертью высказывал свое последнее неизменное желание — по всей форме законодательства легитимировать своего сына Алоиса, зачатого им в Штронсе с тогда незамужней дочкой крестьянина, Марией Анной Шикльгрубер, которая впоследствии стала его женой, признать его своим законным сыном и полноправным единокровным наследником его имени, а также всего его имущества». Своей подписью этот документ засвидетельствовали: Йозеф Ромедер, хозяйственник (Шпиталь, дом № 36), зять Иоганна Непомука Гюттлера; Иоганн Брайтенедер, мелкий домовладелец (Шпиталь, дом № 47); Энгельберт Пауч, мелкий домовладелец (Шпиталь, дом № 49).
Никто из них не был неграмотным, как это потом утверждали. В Вальдфиртеле, как и во всем тогдашнем эрцгерцогстве Унтер дер Эннс, существовал введенный еще в 1774 году правительством Марии Терезы закон: все дети должны посещать школу до достижения тринадцатилетнего (впоследствии — пятнадцатилетнего) возраста. Это касалось и детей крестьян. Закон строго соблюдался — часто против воли родителей, которые опасались убытков из-за нехватки рабочей силы на полях. Безупречная система начальных школ покрывала всю страну. Оседлые люди, которые по какой-либо причине не могли хотя бы на базовом уровне читать, писать или считать, составляли меньшинство, которое постепенно исчезало 42. Нотариус заверил подписи и узаконил документ, который соответствовал предписанию кайзерского министерства внутренних дел от 12.09.1866 и имел законную силу. Факт, что Иоганн Георг Гитлер при жизни признал свое отцовство незаконнорожденного Алоиса Шикльгрубера или же в критический момент в несудебном порядке признался в этом знакомым, согласно § 163 Австрийского Гражданского кодекса (АГК) был достаточным доказательством, что он зачал ребенка Алоиса Шикльгрубера. Легитимация прошла согласно § 161 АГК. Именно в протоколе, составленном в нотариальной конторе, мы впервые находим вариант написания фамилии «Гитлер». Таким образом, именно нотариусу Йозефу Пенкеру из нижнеавстрийского региона Вальдфиртель Адольф Гитлер обязан тем, что его зовут Гитлер, а не Гидлер, как его дедушку. Из-за этого фашистское приветствие «Хайль Гитлер!» звучало намного эффектнее, чем «Хайль Гидлер!». А в первую очередь, имя Гитлер, скандируемое на массовых мероприятиях, звучало значительно лучше, чем простодушное «Шикльгрубер». Но это не единственное изменение имени в семье — после 1945 года сводный брат Гитлера сменил свою фамилию на «Гиллер»43.