«А может, они и не жильцы вовсе? А пришельцы в человеческом обличье!», — тут же додумала Нюра.
Такое она тоже видела. Правда, в кино, но ведь его тоже снимали люди. И те люди часто писали в газетах о порабощении других людей внешними силами. Неужели все врут?
Нет, врут те, кто молчат. Молчат, значит, знают. А такие хуже всего — знают, но даже не поделятся. Не то, что Побрей Врунов. Вот человек совести, монолит благоразумия, и оплот человечности! Говорит больше, чем знает.
Бабка схватила клюку, сжала покрепче.
Она готова отчаянно сражаться. Взгляд полон отваги. На кону не только покой отдельно взятого двора, но и всего человечества.
Она были избрана! Её долг как гражданина и избранного был в том, чтобы спасти Землю. Так все избранцы поступают в свободное время. Планета в опасности, а остановить вторжение может только она.
Уже представляя себе памятники при жизни, почётные грамоты от городов за спасение миллионов жизней и благодарность от самого участкового, бабка пошамкала губами и показала куклам кулак.
— У-у, я вам покажу, как на людей напирать!
Вновь вспомнив о том, что хромает, и отныне опираясь на клюку, как на шест, бабка забралась на комод, и с силой толкнула дверь плечом. Вышло красиво, как в кино, только одно подвело — дверь открывалась внутрь. Да и швабра помешала.
Неудачный выход из квартиры немного приубавил прыти старушки, но не сломил бодрости духа. Она слезла с комода и потянулась к телефонному аппарату. По памяти набрала номер мобильного участкового.
— Петрович! — полушёпотом произнесла она. — Я знаю, что происходит.
— Нюра, я занят! Я…огурец доедаю, — безжалостно чавкал участковый, раздумывающий как дальше жить со всеми этими реновациями и роботизацией.
— Так ты прожуй и говори, — предложила местная блюстительница порядка. — Только разговор наш будет не по телефону. Нас могут подслушать.
— Кто? — спросил участковый и сразу предупредил. — Я приму любой вариант.
— Всё сходится! Человечки!
— Ты про роботов, что ли? Да они тут меня самого подсидели.
— Так они ещё и роботов задействовали? — вздохнула Нюра. — Ну всё верно. Сходится. У них же технологии развиты. Луну по-твоему кто каждую ночь двигает? Земля ещё плоская, вот-вот надломится. Австралии не существует, а Финляндию явно придумали для того, чтобы дефицит колбасы оправдать.
— Анна Николаевна, иди ты в баню! — послышалось от Петровича, вместо признания и грамоты. — Там и помоешься!
— Какую ещё баню?
— Финскую!
— Петрович, ты чего? Я же по секрету делюсь. Доношу с глазу на глаз, так сказать.
В ответ послышались гудки.
Комод всё же пришлось отодвигать одной. Потому что нельзя спасать планету, сидя в собственной квартире.
У подъезда она и увидела растерянного Петровича. Тот сидел на скамейке, обхватив голову руками, и бубнил для себя:
— Финская. Баня… Баня, но финская… А куда же сауна делась?
Задумалась.
— А ну прекратить киснуть! — рявкнула старушка, толкнув представителя власти клюкой для бодрости. — Мир в опасности, а ты тут баню на сауну поменял?
— Да я верю! Верю же! — взмолился участковый. — Во всё!
— Это правильно. Кому ещё доверять? — погрозила она всё той же клюкой и под руку его подхватила. — Чепушило, что ли? Ты вот что… психов мне помоги вызволить. Они побольше нашего знают.
— Опять таблетки свои принять забыла? — участковый с трудом вырвался из её цепких рук. — Ты, Нюрка, с телевизором-то завязывай. А то так и до сумасшедшего дома не далеко, — вздохнул участковый, остро сожалея о том, что в кобуре нет отдела для второго огурца.
— Вот туда мне и надо! — она ещё раз погрозила клюкой. — И тебе тоже.
— Нет, — твердо заявил Петрович. — Мне не надо. — А потом развернулся и медленно пошёл прочь. — Не надо мне в дурку! Слышишь⁈ Я — нормальный. Нормальный я!
— Э-эй! Ты куда это намылился?
— В отпуск! — ответил он не оборачиваясь. — Найду Палыча и на рыбалку поедем.
— Какая-такая рыбалка? Ночь на дворе! — крикнула ему в след Нюрка.
— Ночью лучше клюёт! На сома пойду!
— Планета в опасности! А ты отлыниваешь. Ты — безответственный представитель законности и порядка! А ну, стой!
— Нет!
— Дуй в дурку дела доделывать. Я кому сказала⁈ — она поспешила за ним, подгоняя Петровича клюкой в спину.
— Не пойду! — упирался тот.
— В дурку! Кому говорят? — никак не шла на компромисс старушка и даже по секрету добавила, понизив голос. — Своих выручать будем. Они всё знают. Теперь только психам можно доверять. Не зря они вышки связи ломают. Связь пришельцам портят. Гении же… непризнанные.