Вампирэсса с порога стала обладательницей объёмной коробки. Всучили прямо в руки, пока рассматривали «декор».
— Пока можете ознакомиться с нашими каталогами, — тараторила Ангелина. — Узнаете, как выйти на уровень продаж директора, серебряного мультидиректора, золотого президента, платинового бога и, кто знает, может даже доберетесь до продажника года. Мы зовём его Абсолют.
— Золотого… диктатора, значит, — кивнула Блоди. — А кого продавать будем?
— А кому прикажут, — расслышала по-своему сотрудница с наушниками в ушах.
Похоже её не особо интересовало, что говорят собеседники. Она была на своей волне и уходить с неё не собиралась.
Звуки новых голосов в ушах женщины привлекли внимание Мары. Она заглянула в зал из кухни. На этот раз вся целиком, а не по частям. Чтобы гости сразу не сбежали.
Любопытный взгляд малявки заострился на ушах постороннего.
— Уши говорят? — спросила Мара. — И чего говорят?
Ангелина улыбнулась кудрявой малышке.
— Ой, какая миленькая у вас девочка. Я бы тоже детей завела. Жаль виртуальных не делают. А так бы скачала себе приложением. Надоели — удалила. Ну или как камин, электронных. Батарейки вытащил — отдохнул. Соскучился — вернул обратно.
Мара в ответ оскалилась:
— Я бы тогда ещё и током била, — сказала она и указала на уши. — Голова говорит? Папа обещал принести мне бычью голову.
— Зачем тебе голова?
— Мне надо заклинать духов, — ответила Мара и немного подумав, добавила. — Или в нос дудеть буду. Можно съесть ваши говорилки в ушах? Мне витаминов не хватает.
Блоди покачала головой:
— Мара? Что за манеры? Не надо никогда просить… Бери сразу! А раз не взяла, теперь жди, пока отвлекутся и повторяй попытку, пока не получится.
Ангелина нервно рассмеялась, но выключила даже самую тихую музыку в наушниках и на всякий случай убрала их подальше.
— Твоя мама такая шутница, — попыталась разрядить обстановку мульти платиновая продажница уровня «бог+».
Но Мара больше не улыбалась. Напряглась. Ждала момента, чтобы вернуть наушники или хотя бы отобрать коробку.
Блоди меж тем подвинула коробку поближе к себе.
— Найн, Мара. Плохо охотишься. Папа обязательно принесёт голову, раз обещал. Слово Адовых крепко. Ведь это часто единственное, что у нас есть. А эта коробка для меня. Фу. Нельзя. — Она взглянула на гостью. — Я права?
— Да, конечно… по части коробки, во всяком случае.
На странную девочку Ангелина теперь старалась не смотреть. Дети они такие непредсказуемые. Особенно чужие. А как их сейчас воспитывают, она вообще понятия не имела. То ли всё разрешали, что ли всё запрещали.
Блоди разрезала собственным ногтем скотч на коробке и заглянула внутрь. Вытащила на свет несколько толстых журналов, а на дне коробки обнаружились пластиковые баночки.
Но вампирэссу содержимое коробки абсолютно не устроило. Она недовольно скривилась и одарила Ангелину презрительным взглядом.
— А где же золото? — поинтересовалась Блоди. — Топор? Хотя бы захудалый нож? Мне что свой маникюр вашими пытками портить?
— К-какое золото? — переспросила гостья, слегка заикаясь. По спине прошёл холодок. — Я что, опять на пиратов нарвалась? То в интернете наши промо-ролики крадёте и в свободный доступ выкладываете, то теперь так, лицом-к-лицу?
— Вот дела! — развела руками хозяйка дома. — Только что сама твердила про золото, бриллианты и платину всякую, а мне какие-то журналы подсунула. Найн-найн. Так дела не делаются! Такая работа мне совсем не нравится.
— Мне думаете нравится людей пытать? — вздохнула Ангелина, впервые за последнее время слушая человека, а не музыку в ушках.
— Нет, людей я пытать люблю, но не обманывать, — возмутилась Блоди. — Сейчас позвоню вашему боссу и скажу, что сотрудница сломалась, пусть пришлют другую. Золотую.
— Так я и есть… «золотая», — глаз Ангелины задёргался.
Откуда-то сверху послышалось хихиканье, а потом гулкие шаги, будто кто-то бегал на чердаке.
Ангелина подняла взгляд к потолку, поёжилась, глядя на люстру, но спросить почему у люстры рядом люк, постеснялась. Вдруг ответят. А ответ не понравится. Неловко будет перед пиратами.
Она только припомнила, что поднималась на последний этаж. Следовательно, тут никаких соседей сверху быть уже не могло. Но шум говорил об обратном. И эти внутренние противоречия не давали покоя продажнице.
— А что там? — Мара схватила одну из баночек из коробки и трясла как кубинец маракасы. — Прах мертвецов? Эй! — она постучала костяшками по крышке. — Вылезай! Я тебя заклинаю!