Я встряхнул головой, словно освобождаясь от видения. Да, теперь понятно, почему Владлена так фыркнула, когда я предположил, что Алексей рискует для того, чтобы понравится какой-то красотке! Ему скорее надо прилагать усилия, чтобы внимание женского пола к нему было поменьше…В каждом втором видении – попытка прекрасного пола пойти на « абордаж»! Ладно, это его проблемы. У меня что? Подтверждение того, что штатный, что ли режим работы прибора никаких негативных эмоций у меня не вызывает. Правда, и опасность никакая в данный момент Алексею ещё не угрожает В смысле его жизни…Так может, попробовать опять тот же режим?
Поскольку уверенности в том, что уже через несколько минут ситуация у Алексея не изменится не было, стоило поторопиться. Тяжело вздохнув, помня, как мне было нехорошо в прошлый раз, я опять нажал сначала нижнюю кнопку, потом «лишнюю», как назвал её Гена. Взял прибор в руки и опять осторожно повернул регулятор до знакомой отметки.
В ожидании знакомого приступа тошноты весь сжался. Однако прошла почти минута, регулятор повернулся уже значительно больше чем нужно, а ничего не происходило. Я сглотнул слюну и стал поворачивать его в обратную сторону. И снова ничего. Поспешно сменив комбинацию кнопок, я опять повернул регулятор.
…Сидящий на столе Жорка что-то спрашивает, внимательно глядя в глаза и так же внимательно выслушивает ответ. Уже знакомая медсестра, сидящая в стороне и закинувшая ногу за ногу, заинтересовано переводил взгляд с Жоры на Алексея. Сравнивает…
Я опять встряхнул головой. Так, значит, картина проясняется. «Тошнотный» режим приносит неприятные ощущения тогда, когда Алексей попадает в опасную ситуацию. Очень интересно! Я встал. Интересно-то интересно, но к разгадке не приближает. Кажется. А дальше что? То, что наш мозг является излучателем стало известно лет этак семьдесят назад! Тоже новость…Естественно, разные эмоции вызывают, возможно, и различную структуру излучения. Однако «штатный» режим не вызывает вообще никаких эмоций, вот что интересно! Ни негативных, ни позитивных, вообще никаких. Несмотря на довольно волнующие мужскую психологию действия противоположного пола.
Стоп! А ведь действительно! Такое ощущение, что «штатный» режим ловит чистое изображение, а «тошнотный» - эмоциональную окраску. Ведь картинки-то я не видел никакой, когда отключался! Я вскочил, но тут же сел. Ну и что? То есть это конечно здорово, если сделать достоянием гласности этот прибор! В том смысле, что у него такие возможности – и изображение, формируемое зрением человека транслировать в другой мозг и эмоции принимать. А вот к разгадке поведения Алексея и этот факт, похоже, не приближает. Хотя и тянет на Нобелевскую премию…
Дверь приоткрылась и в образовавшуюся щель просунулась голова Гены:
- Можно, Владимир Леонидович?
- Можно, заходи…
Гена закрыл за собой дверь и уселся на стул.
- Я чего зашёл…Спасибо Вам огромное!
- Это за что?
- Как за что?! Я же теперь, можно сказать, работаю…
- Да? И где? И при чём тут я?
- Как «при чём»? Это же то детективное агентство, которому вы порекомендовали мой приборчик и взяло меня на работу!
- А за прибор, значит, не заплатили? – предположил я.
- Да что Вы! Заплатили…Я так думаю, что они его ещё раз применили в боевых, так сказать и условиях, и позвонили мне. Предложили мне быть чем-то вроде технического обеспечения систем акустической безопасности…
- Ты сейчас с кем разговариваешь? – насупился я. Он спохватился:
- Ну если проще – защищать указанные объекты от прослушивания.
- Ничего себе…, - я только развёл руками, - что ж, желаю успеха! Только это не значит, что тебе теперь учиться не надо! – спохватился я. Гена поспешно кивнул:
- Скажете тоже…Это даже не обсуждается! Наоборот, надо и физику подтянуть, и, возможно, сопроматом заняться.