Выбрать главу


 

Грин несколько секунд смотрел на меня.


 

- Потому что мы не верим, - спокойно ответил он и отпил кофе.


 

Мое сердце гулко забилось и я уставилась на него. Они что-то знают? Они не могут. Они не должны, иначе будет последствия. Которые я пытаюсь предотвратить.


 

- Но это правда. И вас здесь не должно быть, - специально грубо сказала я. Простите меня.


 

- Если это правда, тогда где он? Где Тайлер? - спросил вглядываясь в мое лицо Грин.


 

- Он уехал на неделю, скоро вернётся, - проговорила я смотря в тарелку.


 

- Хмм, - недоверчиво хмыкает он. 

- Тогда почему ты плачешь и зовёшь во сне Ника?


 

- Это просто кошмар, - отнекиваюсь я.


 

- Конечно, - сказал он и встал из-за стола, чтобы открыть дверь когда в ее постучали.


 

В дом вошла Кристал и увидев меня прошла на кухню. Она выглядела как всегда замечательно.


 

- Иди ко мне детка, - улыбнувшись она прижала меня к себе.


 

Я так их всех люблю, что не выдерживаю и начинаю плакать ей в плечо.


 

- Поплачь, станет легче, - это звучало как обещание и я даже на мгновение поверила.


 

Этой ночью со мной спала Крис. Я заметила, что они меняются каждый день как будто сменами.


 

Пятый день прошёл хуже остальных. Мне снова прошлой ночью снился кошмар и я даже не пыталась заснуть, лишь бы не возвращаться туда снова и не видеть его ненавистного взгляда на меня.


 

Меня почти весь день тошнило и рвало, а ночью боль накрывала меня с головой как и кошары.


 

Я думала, что хуже просто уже не может быть, но как я ошибалась. С каждым днём только больнее. На мгновение даже проскользнула мысль все это прекратить, так как я больше не могу терпеть эту боль. Но я быстро себя упрекнула за такие ужасные мысли. Я сейчас не одна. Во мне растёт жизнь. Беззащитная жизнь, которую я должна защищать.


 

На шестой день я ни с кем не разговаривала, а лишь смотрела в одну точку, либо в окно. С каждым вдохом грудь охватывала жгучая боль.


 

- Мы справимся, - произнесла я сквозь всхлип положив руку на живот. - Просто надо немного подождать.


 

Все будет хорошо. На этом жизнь не кончается, у меня есть его частичка. У меня будет кто-то, ради кого я буду радоваться, улыбаться, заботиться и жить.


 

На седьмой день, я удивила всех и вышла во двор на качели и сидела там до самого вечера.


 

Я часто начала разговаривать с малышом и мама с друзьями странно на меня поглядывали, так как они часто заставали меня разговаривающую самой собой. Кроме Джесс конечно, она знала с кем я разговариваю.


 

На несколько часов когда я оставалась одна и говорила с малышом, боль уходила на второй план. Я рассказывала про себя, про бабушку и всегда смеялась называя ее бабушка Рэйчел. Мама будет в шоке когда узнает, что станет бабушкой, но я уверена она быстро успокоится и полюбит тебя. Рассказывала про дедушку каким он был замечательным отцом мне и талантливым человеком. Про друзей. Уверена они все могли быть прекрасными тетями и дядями. И возможно однажды ты с ними познакомишься.


 

- Знаю, ты хочешь услышать и о папе, но...- я закусила губы и сморгнула подступившие слезы. - Просто не сейчас. Пока я не готова, но когда ты подрастешь, то я расскажу какой он замечательный. А возможно, когда нибудь ты познакомишься с ним.


 

- Привет, - на соседние качели садится Джесс.


 

- Привет, - говорю слегка раскачавшись.


 

- Хлои, они очень беспокоятся о тебе. Им кажется, что ты странно себя ведёшь, когда разговариваешь с...- она оборачивается назад посмотрев, что нас никто не подслушивает. - Рэйчел слегка напугана твоим состоянием и во всем винит Ника.


 

При его имени я непроизвольно дергаюсь и боль снова возвращается.


 

- Прости, - извиняется она. Многие дни я не слышала его имени. Я даже в мыслях не произносила его.


 

- Пойду прилягу, я устала, - встав с качелей направилась в дом.


 

Мама пыталась со мной поговорить, но сказав что все хорошо, пошла к себе в комнату.


 

На восьмой день, я почувствовала, что боль уже не такая невыносимая. А при вдохах, грудь не обжигала острая боль.


 

Боль стала тупой и мне больше не хотелось плакать. Я чувствовала усталость и безразличность ко всему. Я как будто вернулась в первый день. Я была потеряна, но только без той всепоглощающей боли.


 

На девятый, мне позвонили с больницы и сказали прийти завтра на приём.


 

Вечером я захотела прогуляться и мы с Джесс походили по парку.


 

- Сегодня днём, недалёко от моего дома стояла та машина, что и у твоего дома, - сказала Джесс после долгого молчания и хождения по тропинкам парка.