Отъебись, это не твое дело.
“Как же? Ты забыл? У меня на тебя планы и я так просто не отдам своего лучшего слугу какой-то музыкантше”
Схожу к психиатру, когда вернусь. Иначе я начну самому себе пизды давать.
Я таки догнал ее и схватил за руку.
– Нашёл!
Она обернулась с лицом, мол:”чего вам еще от меня нужно?” и как только увидела меня, поменяла его. Она бросилась ко мне в объятия, а потом засуетилась, надавив мне на плечи, чтобы я пригнулся и начала бегло вертеть головой.
– Тиль! Что ты здесь делаешь? Учитель же не разрешил-
– Успокойся, все хорошо, он меня сюда и привез. – Я поднялся и прижал ее к себе. Она вжалась еще сильнее и подержалась так еще пару секунд. Когда отпустила, наконец спросила:
– Не держи на него зла, он хороший. Просто очень переживает за нас. Так ты теперь с нами?
– Можно и так сказать. Меня привязали к какой-то тыловой группе и они движутся отдельно от всех. Все-таки некоторую неприязнь он ко мне испытывает.
– И что же, мы не будем вместе?
– Ну я непредсказуемый, а вдруг потеряюсь. – Я развел руками в толстом, как мой...я нога... Да, в толстом, как моя нога намеке.
– Ну тогда хоть...
Я прервал ее, поцеловав как в тот раз. Она, как будто того и ожидая, просто плыла по течению и не хотела ничего менять, а только обняла меня покрепче. И я опять потерял счет времени.
Нас прервал голос мегафона, в котором зачитывался ордер на арест мафиозника. Я смог только издать какое-то мыканье. Чувствую себя душилой. Мы прекратили.
– Тебе пора?
– Да я опаздываю! – После этой фразы на окинул Кьеку последним взглядом и побежал на место ознакомления с отрядом.
На половине пути кто-то схватил меня за руку и повел за правый край забора здания. Это оказался тот легко вооруженный спецназовец, который провел мне инструктаж до знакомства с Роксом.
– Если бы ты служил в нашем отряде, тебя бы уже отправили в исправительную** за непослушание. Если в твоих действий есть оправдание, тебе бы лучше сейчас же их формулировать, потому что Рокс относится ко всему принципиально.
Так и вытягивая меня за руку, он привел меня к месту, где уже перерезана проволока над забором и помог перелезть. Там меня встретили все остальные участники, а Рокс подошел ко мне и отвесил подзатыльник.
– Отныне находишься в моем поле зрения.
– Понял. –. У меня больше небыло, чего сказать. Но и он справедливо меня лупонул.
– Все, приступаем. Всем занять свои позиции, приступаем к альфе. – Он говорил четко и громко, но при этом вообще не орал. Потом обратился ко мне. – Ты, передвигаешься за мной. – В стороне общей группы донесся ужасный грохот, как будто из двора якудзы вылетел носорог и начал раскидать всех налево и направо. Погодите, так там ведь Кьека! Я засуетился. – Спокойствие, там есть Про Герои, они позаботятся о общей безопасности. Идем, я тебе кое-что расскажу.
Мы направились в сторону, казалось бы, сарая для инвентаря уборщика, но как я уже понял, там предположительно находится один из входов в подземелье. У дверей уже стояло оба щитовика, а за ними заняли свои позиции все остальные и только снайпер стоял отдельно и на дистанции. Рокс начал говорить:
– Смотри, видишь нашего медика? – Я посмотрел на девушку с красной повязкой на руке, которая держала на готове P-50. – А теперь посмотри на вон того штурмовика с МР-5. – Он указал на моего “гида”. – Теперь тихо. Они встречаются и считают, что я об этом не знаю. Я постоянно ставлю их отдельно, но они и не спорят. А знаешь почему? Потому что они прекрасно понимают, что отношения очень сильно мешают службе. Если они начнут возмущаться, то я могу что-то заподозрить и тогда я начну их еще сильнее отторгать друг от друга. И это правильный выход. Если я позволю им открыто тереться здесь в служебное время, их эффективность, как бойцов, упадет чуть ли не до нуля. Они стараются не обращать один на вторую внимания, пока у них есть задания. В общем, запомни одно: любовь и война не совместимы. А теперь за мной, я начну штурм и буду идти за щитами. Ты же идешь за мной, а остальные за тобой по две стороны коридора. Потом перестроимся.
Команда. Сзади выбежало два штурмовика с ломами и синхронно сняли дверь. За ними, не ожидая, пока двери упадут, пошли щитовики. Держа их за плечи сразу шел Рокс и сапер. Я за Роксом, а напротив меня штурмовик. Сзади мне передали автомат Type 89.
– Нам сказали, что ты проходил учения у Снайпа, поскольку Лейтенанта не сильно убедил твой меч, он сказал, что тебе пригодится. – Говорит штурмовик позади меня.
– Но ведь рикошет...
– Она на дозвуковых патронах. Возьми еще это. – Он передал мне легкую разгрузку с четырьмя магазинами STANAG по 30 патронов, которые обычно используются в НАТОвских винтовках. Я поблагодарил и проверил, заряжена ли винтовка.
Все окружили деревянный пол. Судя по всему, он служил односторонними люком, поэтому открыть его с нашей стороны можно было только путем проламывания. Но перед этим сапер провел необходимую разведку, и, не обнаружив ничего подозрительного, разрешил штурмовикам продолжать взлом.
Перед нами раскрылся темный тоннель буквально на шагов восемь, а после них шла бункерная дверь. Сапер опять вышел работать. Из подсумка он достал пакет из чем-то, похожим на пластелин серо-песочного цвета и залепил его в разных местах вокруг двери. Потом, достав оголенный провод и какой-то чип, он разделил второй на две половинки, протянул первый по всем зарядам и подсоединил к первой половинке чипа.
– Закройте уши и откройте рты, сейчас оглушит.
Отойдя за щитовиков, он нажал на вторую половинку и произошел взрыв. Несмотря на небольшое количество пластида, взрыва было достаточно, чтобы вышвырнуть всю пыль на улицу и заставить кашлять всех в комнате. Хоть я и придержался его указаний, уши мне все-равно заложило.
Когда стальной гигант пал, мы по одному продолжили движение. Коридор был достаточно широкий, чтобы мы перемещались двумя группами под стенками и достаточно освещен, чтобы не приходилось напрягать зрение. Через метров двадцать мы видели разветвление на две дороги. Рокс сказал правой группе идти направо после того, как левая группа займет оборону. Та ки сделали. Потом мы опять встретили такое же разветвление. Пошли налево. Опять. Налево. Опять. Направо. Все начали подозревать неладное. Наконец, один из щитовиков заговорил:
– Лейтенант, мне кажется, мы попали под воздействие пространственной причуды. Хоть коридоры и могут быть прохожими, но мигать одна и та самая лампочка вряд-ли.
– Да, похоже, так и есть. Нас ждали. В любом случае, подобная причуда является очень редкой и ею может обладать максимум два человека. Так что разделяемая на три группы: в первой пойду я, Первый(позывной щитовика), и Шанс(позывной сапера). Второй будет группа поддержки, то-есть фельдшер, с нею пойдет... Сид(штурмовик, который встречается с фельшером) и Коул(еще один штурмовик). Скоуп(позывной снайпера) будет среди вас старшим. Остальные составят третью группу. Таким образом у нас есть три группы по четыре человека. Кэрри(позывной еще одного с дробовиком, он заместитель Рокса), ты в своей группе старший, связываешься со мной по рации, канал прежний. За вами Азраил, не потеряйте ценный товар. Первая, тобишь, моя группа пойдет направо, вторая налево, а третья назад. Соперник не сможет запутывать три боевые единицы одновременно, так что кто-то точно куда-то выйдет. При изменах в окружении долаживать в общий канал, решения в бою принимать самостоятельно. Разойтись.
После этой команды все начали отдельное перемещение. И как предполагалось, когда мы прошли несколько десятков метров после поворота, местность резко изменилась: коридор стал длиннее, а раздорожъе пропало. На стенах появилась пара-тройка дверей, но все они закрыты. Ломы отряд оставил на входе, поэтому открыть их можно было только при помощи взрывов, но стоит ли это того?
– Рокс, мы вышли из петли, повторяю: мы вышли из петли, прием. – Кэрри доложил в рацию, не опуская дробовик.
– Принял. похоже, противник сконцентрировался на первой группе, продолжайте выполнение задания. Прием. – Из рации издался четкий, не перебиваюшийся звук.