А я понятия не имел, как помочь. За последние дни я сразил огромное количество самых невероятных противников, но вот против невидимой твари, засевшей в теле племянника, был полностью бессилен.
Кровь продолжала кипеть от адреналина, «режим зверя» усиливался, казалось, с каждым вдохом. Однако сейчас это было бесполезно. По крайней мере, я так думал, пока не ощутил, как внутри меня что-то заворочалось.
Все тело с ног до головы прошила резкая и невероятно сильная боль. А потом я ощутил знакомый чужеродный восторг. Всепоглощающее чувство, которое на сей раз стремилось не затопить мой разум, а… будто бы вырваться наружу.
– Ма-а-а… – мычал Илья, трясясь на руках матери.
Стоило перевести на малыша взгляд, как ощущение восторга стало еще сильнее. Вместе с болью. Что-то, засевшее во мне с тех самых пор, как мы с Лестером и Бернусом сбежали из логова черноволосой суки, хотело на свободу.
К Илье.
Не знаю, как я это понял, но мысль пришла и больше не уходила. Сила, полученная в убежище Адрианы, тянулась к моему племяннику.
Зачем?
Убить? Навредить? Или избавить от боли?
Я не знал. А потому твердо решил ни в коем случае не позволить сидевшей во мне силе добраться до Ильи.
– Нужны… врачи… – прохрипел я, отчаянно борясь с дикой болью и восторгом.
– Я вызвала скорую, – всхлипнула Мария. – Как раз перед тем, как ты вернулся.
Неожиданно Илья выгнулся и закричал еще громче. Так громко, как не кричал еще никогда.
Для рвущейся из меня силы это послужило сигналом к действию. Она рванулась особенно сильно, и…
Противостоять ей я больше не мог.
Окутывавший меня черно-зеленый дым устремился к Илье и стал вливаться в широко распахнутые глаза, раскрытый рот, ноздри и уши. А мальчик захрипел и стал трястись.
– Матвей?! – перепуганная Мария чудом не выпустила сына из рук. – Что происходит?! Прекрати это!
Прекратить? Если бы я мог…
То, что я принес на Землю из Нэре-Роэна, больше мне не подчинялось. Оно покидало мое тело, проникая в новый сосуд. В маленького и смертельно больного мальчишку.
– Прекрати! – провизжала сестра, пребывавшая на грани.
Зарычав, я попробовал усилить «режим зверя», но ничего не получилось. Слой черно-зеленого дыма, что окутывал меня, истончался, и это причиняло дикую боль. Но… пускай. Я потерплю. Куда хуже мне было от понимания, что Илья тоже мучается.
– Не смей… – прошипел я, обращаясь к ускользающей от меня силе, – навредить ему…
И словно в ответ я вдруг ощутил уверенность.
Уверенность в том, что ничего плохого не случится. Даже наоборот.
Весь черно-зеленый дым влился в глаза, рот, ноздри и уши Ильи, и едва это произошло, как мальчишка прекратил вздрагивать и мычать. Пару секунд он просто смотрел то на меня, то на Марию, а затем… улыбнулся.
– Мама, – хриплым после приступа голосом произнес он.
– Илья? – сестра во все глаза смотрела на малыша. Она никак не ожидала, что после всего произошедшего тот просто успокоится. – Как… Как ты себя чувствуешь?
– Хорошо. Только спать хочется.
Вновь улыбнувшись, Илья закрыл глаза и почти тут же заснул.
– Что случилось? – выдавила шокированная Мария. – Почему?.. Как?.. Где ты был, в конце концов?
– Маш, я все объясню, – как можно мягче ответил я. – Только ты для начала успокойся, ладно? И приготовься: то, что я расскажу, может показаться тебе слишком невероятным.
Сестра кивнула. Илья все так же лежал у нее на руках и мирно сопел, чуть заметно улыбаясь. А я смотрел на него, чувствовал собственное дикое сердцебиение и кипение насыщенной адреналином крови.
Вот только «режима зверя» я больше не ощущал.
***
Дверь клиники распахнулась, и я увидел выходящих Марию и Илью. Сестра держала малыша за руку, и тот бодро перебирал ногами, вертя головой и жадно разглядывая все, что попадалось ему на глаза.
Обычный здоровый карапуз. Во всяком случае я очень на это надеялся.
После того, как моя сила перетекла в Илью, сведя на нет жесточайший приступ, который мог его убить, болезнь больше никак о себе не напоминала. Мария не понимала, что к чему, и начала таскать сына по врачам. Сначала к местным, а теперь каким-то чудом добралась до лучшего столичного специалиста.
От него-то они сейчас и шли.
– Мавей! – воскликнул Илья и, отцепившись от матери, рванул ко мне.
Неуклюже, медленно, но если учитывать, что совсем недавно он находился на грани, это было просто чудо.
Добежав, Илья обхватил меня за поясницу и повис, болтая ногами в воздухе.
– Илюш, осторожнее, – с легкой тревогой произнесла Мария, останавливаясь рядом.