То, что происходило дальше, было, мягко говоря, малоприятно. Мирэль начала разделывать уродливого покойника. Извлекла глаза, язык, кусок сердца и – отчего у меня неприятно заныло в паху – семенники. Вскоре все это оказалось в контейнерах, а женщина нависла над следующим телом.
– Похоже, цыпа любит деликатесы, – ухмыльнулся Бернус, на что Мирэль ответила лишь мрачным взглядом.
– Думаю, дело в другом, – возразил Лестер. – Внутренние органы нужны исследователям.
– Именно, – отозвалась Мирэль, не переставая работать ножом. И делала она это очень умело. – К тому же, за потроха тварей можно выручить неплохие деньги. Так что мой вам совет: если надумаете нырнуть еще раз, берите с собой посуду.
За следующие четверть часа она «препарировала» шестерых покойников. После чего убрала заполненные контейнеры обратно в мешок, и мы продолжили путь.
А Похороненный город, между тем, продолжал подкидывать сюрпризы. Сначала одна из дымящихся трещин в земле исторгла рой уродливых ползучих насекомых размером с крысу. С ними разобрался Бернус: вновь использовав «огненную воронку», он буквально похоронил тварей под волной черно-красного пламени.
Затем мы встретили свору собак. Вернее – скелетов, которые были обтянуты гниющей серой шкурой, местами прорванной разросшимися костями. Увидев нас, четвероногие обитатели Похороненного города яростно захрипели и кинулись в атаку. На сей раз большую часть монстров умертвил я, а Мирэль заполнила еще несколько контейнеров их глазами, языками, сердцами и мозгами, съежившимися до размеров грецкого ореха.
Не остался без трофеев и Сато: возле длинного полуразрушенного барака он обнаружил странные цветы с бурыми пористыми лепестками и сорвал четыре бутона. Потом внимание парня привлекли несколько антрацитово-черных кристаллов, выросших на стволе сухого мертвого дерева.
– Похороненный город щедр на интересные находки, – скучающим тоном сказал Сато, поймав любопытствующий взгляд Бернуса. – Ученые или аристократы всегда рады заполучить что-нибудь новенькое и не скупятся на награду.
Лестер хотел что-то спросить, но внезапно побледнел, скривился от боли и, припечатав ладонь ко лбу, повалился на четвереньки. Пальцы другой руки выпустили глефу, и та упала, чуть не задев меня клинком.
– Эй, – я опустился рядом с чародеем. – Ты чего?
– Го… голова… Раскалывается…
Первые слова дались Лестеру особенно тяжело. Но потом он немного совладал с собой и встревоженно посмотрел на меня.
– К нам что-то приближается. Я чувствую. Вот здесь, – чародей осторожно коснулся пальцем собственного виска и вскрикнул от очередной вспышки боли.
Мне хватило пары мгновений, чтобы понять, что к чему. Лестер снова использовал ментальную магию – проверить, чиста ли дорога, которой нам предстояло пройти. И, похоже, кого-то засек.
Но кого?
Жуткий громогласный хохот был мне ответом. И донесся он из очередного трехэтажного дома, расколотого на несколько частей и парящего в воздухе в какой-то полусотне метров от нас.
«Режим зверя» тут же усилился. Бернус и Мирэль с Сато подобрались, готовясь встретить новую угрозу.
Та не заставила долго себя ждать: непроницаемая чернота пустых оконных проемов выплюнула не меньше десятка больших сгустков зеленого пламени, тут же устремившихся к нам.
Глава 19
Я бросил молот и уже знакомым усилием воли «приказал» защищавшему мое тело черно-зеленому мареву принять форму стены. Спустя мгновение первые три сгустка врезались в дымную преграду. От внезапно навалившейся тяжести руки чуть не подогнулись, я зашипел, но удержал стену перед собой и остальными, а пламенные сгустки растворились.
Тут же стало легче, но я понимал, что это ненадолго: еще доля секунды – и остальные семь-восемь магических «снарядов» устроят мне очередную проверку на прочность. Поэтому я очень удивился, когда они внезапно замерли, а затем, сопровождаемые все тем же жутким хохотом, рванули в разные стороны.
Догадаться, что будет дальше, труда не составило, поэтому…
– Все сюда! Ближе ко мне! – рявкнул я, создавая над собой, Лестером, Бернусом и Мирэль с Сато дымный купол.
Сделал я это очень вовремя: еще два сгустка, заложив крутой вираж, устремились к нам.
Удар. Второй. Я оскалился, чувствуя, как выброс адреналина придал сил.
– Мы-ы-ышки спрятались в но-о-орку! – на смену хохоту пришел низкий ухающий голос. – Какие нехорошие мы-ы-ышки! Плохие-плохи-и-и-ие! Мышек надо наказа-а-ать!