— А что это ты тут рисуешь?.. — Его выпуклая физиономия перекосилась от презрения, и, чтобы я лучше понял, о чем он спросил, гость ткнул пальцем в чертеж, так что от ногтя осталась вмятина, а кульман едва не перевернулся.
Я несколько замешкался, пытаясь как-то поумнев объяснить свое времяпровождение, и сказал:
— Да вот…
— Студент, что ли? — прервал он мои потуги.
— Да не совсем… это вот ферма.
Пришелец икнул, сел на мой стул и утомленно заключил:
— Дерьмо это все!
И здесь я допустил первую ошибку. Вместо того чтобы тут же с ним согласиться (а ведь если разобраться объективно, то моя эта несчастная ферма — дерьмо и есть! Поставят ее или не поставят, человечеству от этого ни холодно ни жарко; это же не запуск людей в космос и не пересадка живого сердца), так вот, вместо всего этого я подумал: а чего этот тип меня унижает? Большим человеком я себя почувствовал. И сильно гордым стал. Не к месту.
В общем, спрашиваю я его:
— Интересно было б узнать, чем, собственно, вы занимаетесь?
Парень даже не ответил. Он только посмотрел на меня и отвернулся. Ему было меня просто жаль. Наконец он смягчился и снизошел:
— Это я-то… чем занимаюсь?
Великодушный гость давал мне, неблагодарному, последний шанс. Но попробуйте меня остановить, когда я уже почувствовал себя большим человеком и закусил удила.
— Да, вы!
Скромно потупившись, посетитель мужественно сжал кулаки и погасил в себе вспышку благородного гнева. Затем он совершенно невозмутимо произнес:
— Занимаюсь я тем, чем тебе и не снилось заниматься. Понял?
— Нет. Не понял.
— Ну значит, ты тумак! — Он помолчал, подумал и добавил: — Ты даже не знаешь, какой ты тумак!
Ну а я, как вы уже догадываетесь, в тот момент стал великой цацей, меня и тумаком не назови. Сделал губки бантиком и опять ему интеллигентно:
— М-да? Вы так считаете?
Гость этот мой вопрос не понял. Он угрюмо икнул и продолжал смотреть на меня с подозрением: может, я издеваюсь? Потом он вдруг встал и подошел ко мне вплотную.
— Я тебе сейчас… — зловеще произнес он. — Я тебе сейчас…
Тело мое задрожало противной мелкой дрожью, и в голове промелькнуло подозрение, что, наверное, не такой уж я большой человек, каким выставлял себя перед посетителем. А он продолжал:
— Я тебе сейчас задачку по строймеханике дам! Чтоб ты, зараза, понял, какой ты тумак! А ну д-давай л-лист бумаги!
Стараясь не дразнить гостя, я робко намекнул ему, что, мол, так сильно устал — задачки по строймеханике решать просто не в состоянии. Да и бумаги у меня нет. Но такое отступление оказалось запоздалым. Следовало бы раньше подумать, как себя вести.
Парень зловеще молчал. Он видел меня насквозь. Он был уверен, что и задачки я начну решать как миленький, и бумага сразу у меня найдется, если за меня взяться как следует. Но ему, видна, руки неохота было марать. Тем более что он убьет меня и так. И без бумаги. Пришелец сообщил:
— Мы… ш-шоп ты з-знал… з-занимаемся автоматизац…
Он был весьма косноязычен, но я его отлично понял и вспомнил, что действительно в научном отделении нашего института одна из лабораторий занимается автоматизацией проектирования. Это знаете что такое? Это программирование. Всех инженеров и архитекторов, которые сейчас проектируют, разводят по другим отделам, а на их место ставят электронную машину. Закодируйте задание на целый объект, набейте на перфокарты или запишите на магнитную ленту (как вам больше нравится), вставьте в машину — ж-ж-жик! — получите ленту с цифрами, расшифруйте, достаньте из картотеки готовые чертежи и высылайте спокойно заказчику. Объект готов — давайте следующий. Вот, оказывается, чем занимается мой гость. А я туда же! Со своим свиным рылом — с фермой! Так всегда: учит меня жизнь, учит, а я как был тумаком, по словам моего оппонента, так им и останусь до конца своих дней. А еще оскорбляюсь, когда мне правду-матку в глаза режут! Губки бантиком делаю.
Словом, были все основания предположить, что парень этот — аспирант той самой лаборатории. Да и вид у него такой. Аспирантский. Некоторые из них очень гордые. Презирают проектировщиков. Они их даже инженерами не считают. Мол, черная кость. Исполнители. Доля истины в этом, конечно, есть. Конструктор-строитель занят очень прозаическим делом. Он применяет готовые каркасы с готовыми узлами, ничего принципиально нового он, как правило, не выдумывает, никаких ведущих проблем не решает. Прямое его дело — выпустить в срок объект, выполнить план, получить иногда премию. Но, с другой стороны, если все пойдут в науку, решать проблемы, кто стройке чертежи будет давать? А если и прорабы, и мастера, и бригадиры займутся большими научными задачами? Кто будет строить? Понимаете, чем пахнет?.. С другой стороны, и среди проектировщиков тоже есть очень гордые инженеры, которые считают, что вся эта лавина новоиспеченных диссертаций не стоит выеденного яйца, а многие из ученых мужей — бездарности и бездельники, и свои большие деньги они получают ни за понюх табаку. Разумеется, на самом деле все обстоит совсем иначе, и люди объективные серьезно думают над всеми аспектами этих проблем, я же о них упомянул только для того, чтоб понятней было, почему этот парень так ко мне относится.