На «горке» два локомотива формировали длиннющий грузовой состав. Тут Нырков и увидел Мазура. Его неприятно задела непринужденная поза НОДа. Тот легкомысленно сидел на тонкой досочке, положенной на два кирпича, в распахнутом пальто, а небрежно брошенная фуражка с кокардой лежала на крылечке стрелочной будки. Он что-то чертил веткой на земле и разгоряченно объяснял составителям:
— …И ваша ежедневная выработка, таким образом, прямо влияет на величину доходов отделения. А вот те три дома как раз на эти деньги построены. И ты, Голец, — он веткой указал на коренастого молодого составителя, — если будешь работать без брака, на следующее лето вселишься в четвертый дом, вот туда, где сейчас деревья, видишь?..
— Так это ж дожить еще надо до лета… — протянул Голец.
Мазур поднялся, кто-то принялся отряхивать ему пальто, он отмахнулся и направился к Ныркову, объясняя:
— Экспромтом проводим воспитательную работу!
— Лихо, лихо! — вроде бы одобрил Сергей Павлович, пожимая руку Мазуру. — Был бы только конкретный результат… Разговаривать сейчас много мастеров развелось, не находишь?..
Распрощались с рабочими, медленно направились к вокзалу. Нырков мечтательно проговорил:
— Вот бы на рыбалку смотаться, а? Веришь, два года не могу вырваться! Все работа, работа…
Анатолий Егорович пожал плечами:
— К сожалению… я вам не партнер!
— Ну так зря — вот и все, что я тебе скажу! Рыбалка — первое лечение для нервной системы! Как у тебя с нервами-то?..
Мазур рассмеялся и беспомощно развел руками:
— Даже не знаю, честное слово!
— Значит, пока нормально. Иначе б уже знал, можешь не сомневаться!
Они пересекли пути, вышли к скверу возле клуба железнодорожников.
— Давай-ка присядем, а?.. — предложил Сергей Павлович и направился к лавочке. — А то мы все по кабинетам разговоры ведем, по кабинетам… А оно, бывает, в кабинете и не скажешь того, что на свежем-то воздухе… Тут тебе солнышко, желтые листики летают… вроде ты и не на работе!..
Мазур хмыкнул и весело согласился:
— А и верно! Я вот как-то уже отвык смотреть… на листики или там на тучки!
— Во-во! А я о чем? Отрываемся мы от матери-природы, думаем, что сами с усами, а потом — брык с инфарктом, и… будь здоров! Однако погрузи тебя в эту идиллию сплошной природы этак месяца на три, небось взвоешь — обратно запросишься!
— Запрошусь! Это уж точно! — вздохнул Мазур, снял фуражку и принялся рукавом оттирать какое-то пятнышко. Лицо его приобрело странное выражение детской наивности, и Нырков про себя удивился: «Вот увидел бы где-нибудь случайно простецкую физиономию и никогда бы не предположил, что такой сможет командовать тысячами людей на транспорте!»
Мазур усердно занимался фуражкой и не замечал пристального взгляда Сергея Павловича, а тот не таясь рассматривал лицо узловского НОДа, отмечая отстраненно и холодно морщины вокруг его сухого рта, нездоровый цвет лица. Наконец вздохнул:
— Мало мы, Анатолий, знаем друг друга… Так вот, по работе встречаемся в основном, по работе… А душа — душа закрыта. И вот спроси меня сейчас: «Чем Мазур занимается в свободное время…» — так, ей-богу, не буду и знать, что же ответить.
Анатолий Егорович рассмеялся:
— А я сам не знаю чем! У меня его и нет, этого свободного времени! Даже удивлялся, когда в газетах вдруг начали изучать проблему: чем занять свободное время? Умудряются же люди находить «злободневное»! — Он вдруг неожиданно озорно взглянул на Ныркова и резко спросил: — А чего это вы, Сергей Павлович так вдруг заинтересовались моей скромной персоной?..
— Ну, зачем ты так?.. — Нырков нахмурился. — Я ведь просто, по-товарищески…
Мазур неопределенно и загадочно усмехнулся, и это снова сильно задело Сергея Павловича. «М-да… — подумал он, радуясь, что вовремя раскрыл этого человека. — Волк овце — не товарищ… Хотя еще вопрос — кто из нас волк…»
Нырков мягко положил руку на колено Мазуру и грустно произнес:
— Ладно, Анатолий… вижу, не получается у нас товарищеский разговор… почему-то…
Мазур озадаченно поднял брови, но Сергей Павлович решительно снял руку с его колена.
— Подожди, не перебивай! Я ведь хочу помочь тебе, а ты… Только не делай, пожалуйста, вид, что не понимаешь… Кому другому я бы этого никогда не сказал, а тебе… говорю вот! Подожди, я закончу! Ты что же думаешь, эти все твои успехи просто так на тебя свалились?.. С неба?