— Вы меня все время сами сбиваете, а вопрос мой непростой, так что факты придется проверять.
Сергей Павлович поморщился от боли и промолчал, а Полина Кузьминична, убедившись, что Нырков наконец не возражает, удовлетворенно наклонила голову и сообщила:
— Я своими глазами видела, как Мазур обнимал в кабинете дочь Лешакова Татьяну и говорил ей: «Милая моя, да что же с тобой творится!» После этого он дал семье Лешаковых квартиру. А меня только ставят на квартучет, потому что я, как вы сами видите, не так молода и соблазнительна, как эта девчонка Лешакова… — Полина Кузьминична опять показала в улыбке мелкие острые зубы, и Нырков, которому стало страшно при виде этой гримасы, спросил:
— Когда это было?
— Восемнадцатого декабря, в семь тридцать пять.
Сергей Павлович задумался.
— Факты, прямо скажем, сомнительные… И вообще… все это дурно пахнет. Вы не находите?
Он хотел было выдержать взгляд рыбьих глаз Полины Кузьминичны, но не смог, опустил глаза и снова принялся массировать виски, а посетительница протянула:
— Как хотите… как хотите… — И встала.
— Мы разберемся, Полина Кузьминична. Зайдите ко мне через две недели, — произнес Сергей Павлович и облегченно вздохнул, когда посетительница прикрыла за собой дверь.
23
Известие о переводе Бутырева в Москву и избрании в связи с этим Николая Федоровича Грищака первым секретарем обкома для многих не явилось неожиданностью, поговаривали об этом давно. Мазур искренне порадовался — Бутырев, по его мнению, был от рождения государственным деятелем, ему можно было смело доверять любой пост.
А Сергея Павловича Ныркова, который ждал этого события гораздо нетерпеливее других, оно застало врасплох. Сердце его радостно екнуло, но и все. Предпринять он так ничего и не решился. То есть он предполагал, что можно бы сделать и то-то, и то-то, но с чего именно начать — он не уточнял, с удовольствием оттягивая момент решения, ибо время в данном случае работало на него.
Но главные радости уже были налицо: Грищак знал Сергея Павловича лично и вспомнил его, когда тот позвонил и искренне поздравил его в связи с избранием на высокую должность. С Ревенко же Николая Федоровича связывала если и не давняя дружба, то, во всяком случае, самые теплые воспоминания — они учились на одном потоке в институте, потом, правда, Ревенко переводился на другой факультет, но это не суть важно, главное, что начинали когда-то вместе, — такое не забывается.
Нетерпение все чаще подталкивало Сергея Павловича заговорить с Ревенко напрямик о Мазуре, но он пока сдерживался и выжидал. Нужен был веский повод для начала такого разговора, а кроме того, должно пройти хоть какое-то время после коллегии. Пока еще слишком много говорят и слишком хорошо помнят Мазура-передовика. Ожидание свое Сергей Павлович скрашивал тем, что время от времени, когда к нему приходили работники Узловского отделения, интересовался их мнением о Мазуре. В большинстве случаев его надежды не оправдывались. Мазура на отделении знали, уважали, и многие заявляли об этом совершенно определенно, ни на минуту не задумываясь…
…А отношения Мазура с Ревенко тем временем обострялись сами собой. Когда происходил торжественный митинг по случаю открытия подъездного тоннельного пути к заводу «Ударник», представители дороги на него не явились. Анатолию Егоровичу передавали, что Ревенко крайне раздражен тем, что узловский НОД самовольно выполнил эту работу. Не желая откладывать дело в долгий ящик, Мазур спросил как-то у Ревенко напрямик:
— Говорят, Александр Викторович, будто вы недовольны узловчанами? А ведь они не подвели вас перед лицом обкома!
Реакция Ревенко всем присутствующим показалась несколько странной. Он вдруг побагровел, стукнул ладонью по столу и принялся отчитывать Мазура, как мальчишку:
— Вы мне, значит, прекратите эти авантюристские выходки! За спиной управления шабашничеством занимаетесь! Не забывайте, что мы еще спросим с вас за это дело в случае чего. За эти, значит, неплановые работы! Хотите всякими фокусами себе особую славу снискать! Дешевые, это дело, приемчики!
Нырков, присутствующий при этом, воздержался от комментариев, только неопределенно вздыхал и покачивал головой.
24
Зима в этом году выдалась с причудами.
Примерно в двадцатых числах декабря вдруг резко потеплело, и то ли пришел циклон, то ли действительно в последнее время климат портится на всей планете — вот уже две недели подряд хлещут Узловую холодные злые ливни, и сизое вялое небо зловеще придавливает мокрые крыши…