Эпилог
С трудом открыв заднюю дверь, на сиденье вскарабкался мальчик лет семи. Водитель перегнулся через сиденье и сам захлопнул дверцу за ним. Мальчик был одет в бордовый свитер со смешным оленем и чуть помятые серые брючки. Умные голубые глаза светились интересом. Мальчуган без страха озирался вокруг себя. Такси медленно тронулось в путь по пустым городским улицам.
— Как тебя зовут, малыш?
— Лёша, — спокойно ответил мальчик, засунув ладошки под себя.
— Лёша, — протянул водитель. — Красивое имя. В какой класс ты ходишь, Лёша?
— В первый, — так же спокойно ответил он.
На секунду водителю показалось, что одежда маленького пассажира мокрая насквозь. Лёша часто ежился от холода, хотя в машине было достаточно тепло.
— Нравится в школе?
Мальчик энергично закивал. Он оставался спокойным, но, как и все дети, избегал прямого взгляда незнакомого взрослого. Водитель старался смотреть на него неотрывно, ловя каждое движение.
— А маме с папой помогаешь?
— Угу, — промычал мальчишка. — Люблю помогать маме месить тесто для ватрушек. Оно такое сладкое! А с папой мы играем в морской бой, шахматы и ещё чиним папину машину. Я умею подавать ключи! Знаю, где какой лежит!
— Ого, — добродушно воскликнул водитель. — Ну а сам ты чем любишь заниматься? У тебя есть любимые занятия?
— Угу, — вновь промычал Лёша и замялся. — Люблю в компьютер играть и смартфон. Ну, всякие стрелялки люблю. А ещё у меня есть игра, которая учит меня английскому и китайскому! Папа говорит, что ему учительница сказала, будто я самый умный в классе! Только это секрет: не говорите маме, а то она решит, что я буду зазнаваться. А я не зазнаюсь, честное слово!
— Ничего не скажу маме, — серьёзно пообещал водитель. — А с друзьями любишь гулять? У тебя есть друзья?
— Конечно! У меня много друзей. Мы с ними обычно играем на площадке там, за третьим домом, — мальчик неопределённо махнул рукой куда-то вдаль. — А завтра мы пойдём с ребятами на речку. Миша обещал нам показать классный обрыв. Папа говорит, что сейчас весна, что только лёд сошёл и купаться ещё рано. Но посмотреть на обрыв можно же и сейчас, правда?
Водитель промолчал и остановил машину.
— А тебе точно нужно туда ехать? — спросил водитель.
— Конечно, — спокойно ответил мальчик. — Куда же мне ещё теперь? Я ведь уже так много видел и знаю! Столько всего интересного видал в мире! Жалко только, что мама с папой будут плакать. А я буду по ним очень скучать. Честно-честно.
Мальчик поднял на водителя спокойные, очень умные и всё понимающие глаза.
— Так что, — спросил Лёша, — мы уже приехали?
Водитель завёл двигатель, развернул машину и они на полной скорости поехали в обратную сторону.
— Я отвезу тебя обратно.
— Почему? — глаза мальчика стали большими.
— Потому что тебе нечем мне заплатить.
— Да, я знаю, у меня нет с собой монетки…
— Я давно не беру плату монетой, — беззлобно перебил его водитель. — Я беру плату историями. У тебя своей ещё нет, поэтому я отвезу тебя назад.
Вдалеке перед ними показались всполохи проблесковых маячков: синих и красных. Они озаряли пустые улицы непривычным, таким отличающимся от жёлтых фонарей светом. Где-то на грани слышимости зазвучала сирена скорой помощи. Водитель гнал изо всех сил.
— Но, — мальчик непонимающе вертел головой по сторонам, — вы сегодня везли маленькую девочку — Луу и получается, что ей тоже было нечем заплатить.
Водитель не без интереса посмотрел на Лёшу. Глаза таксиста блеснули:
— Ту девочку позади не ждало ничего хорошего. Если бы её мама не шагнула с ней в окно, впереди бы их ждало очень много боли и страха. Это был выбор её мамы, а не её, но теперь Луа получит горы мороженого, о которых так мечтала и не будет переживать о маме. Кроме того, могу я сделать небольшое исключение?
— Исключение?
Машина остановилась. Салон такси заливал красно-синий свет мигалок. Теперь сирена звучала громко и отчётливо. Кажется, на её фоне можно было разобрать встревоженное бормотание нескольких голосов.
— Именно, — ответил водитель. — Впереди тебя ждёт много всего интересного. Ты совершишь много хорошего и важного. А в моё такси сядешь гораздо позже. До встречи, малыш.
Лёша открыл дверь. Такси стояло возле массивного здания в несколько чёрных этажей. Сирена оглушала, свет ярко бил в глаза, но откуда он шёл — неясно. Встревоженные голоса звучали отчётливо. Это были голоса врачей, борющихся за чью-то жизнь.
— Спасибо, дядя, — мальчик уже собирался вылезти из такси, но остановился. — Дядя, а как вас зовут?