Первый офицер возвращается. Теперь его рука демонстративно лежит на кобуре.
Леденею, не в силах пошевелиться.
— Мистер Салливан? — голос офицера звучит холодно и официально.
— Да?
— Будьте добры, выйдите из машины. Медленно. Руки держите на виду.
Предчувствие катастрофы поглощает целиком.
Киан смотрит на меня — в его глазах на секунду мелькает тревога, но он тут же гасит её, пытаясь ободряюще улыбнуться.
— Сиди здесь, Ли. Я сейчас.
— Киан, не ходи… — шепчу ему дрожащим от волнения голосом. Но он уже отстегнул ремень безопасности и открыл дверь.
Едва Киан делает шаг из пикапа, офицеры мгновенно берут его в кольцо.
— Офицер, я не понимаю… — начинает Киан.
Полицейский резко разворачивает его, заламывая руки за спину. Я вскрикиваю, дёрнувшись к двери.
— Мистер Салливан, вы задержаны по подозрению в похищении несовершеннолетней. У вас есть право хранить молчание… — коп монотонно зачитывает Киану его права, пока я ошарашенно пытаюсь осознать происходящее.
Похищение.
Несовершеннолетней.
Мозг не может сопоставить эти два факта. Не может понять, что речь идёт обо мне.
Мир кренится. Словно в замедленной съёмке, я смотрю на Киана, которого прижимают к капоту нашей машины. Он поворачивает голову, и наши взгляды встречаются. В его глазах — чистый шок.
Отец не просто приехал за мной в Эшвуд. Он решил уничтожить Киана.
Металлический щелчок наручников выдёргивает меня из транса.
— Остановитесь! — Распахиваю пассажирскую дверь и вываливаюсь наружу. Ноги не держат. Бастер встревоженно выпрыгивает следом. Полицейский поднимает на меня взгляд. В свете мигалок его лицо кажется неестественной маской.
— Мисс, оставайтесь в машине.
— Нет! — Бросаюсь вперёд, но второй офицер перехватывает меня за плечи. — Я поехала сама! Мне восемнадцать! Отпустите его!
— Ли, не надо! — кричит Киан, пока его тащат к патрульной машине.
— Не говори ничего без адвоката! — воплю ему вслед, но слова тонут в вое сирены.
И я понимаю: отец выиграл.
Он играл не просто грязно.
А на полное уничтожение.
Глава 22.
Суббота. Полицейский департамент Эшвуда
— Мне уже исполнилось восемнадцать. Киан меня не похищал — я повторяю в сотый раз! Я уехала сама! Добровольно!
Дежурный смотрит на меня немигающим взглядом, лениво подавляя зевок.
— Почему вы меня не слушаете, боже!..
— Мисс Риверс, а я повторяю в тот же сотый раз: вы покинули город будучи ещё сем-надцати-летней. — Полицейский чеканит слова по слогам, отбивая ритм ручкой по столешнице. — Вы в глубоком шоке и состоянии горя, и не отдаёте себе отчёта. Сядьте, ради всего святого, и дождитесь прибытия отца.
Почти рычу, отлетая от стойки. Бастер, привязанный к креслу, тихонько скулит.
В полицейском участке уже кипит жизнь. Нас привезли в Эшвуд ближе к рассвету, и в мучительном ожидании прошла ещё пара часов. Киана увели сразу же — понятия не имею, где он и что с ним.
Никто не разговаривает со мной: детективы и офицеры проходят мимо, словно я пустое место. Только дежурный страдает от моих вопросов, ведь он единственный, кто не может просто сбежать.
У меня не забрали сотовый, и первым делом я позвонила Эмилии. Она не ответила. Зато трубку взяла Анна. Услышав, что произошло, они с Джейком тут же запрыгнули в машину и ринулись в Эшвуд. Обещали прибыть как можно быстрее, но я понятия не имею, когда наступит это «как можно быстрее».
В висках пульсирует тихая ярость от собственной беспомощности.
Люминесцентные лампы гудят, и этот звук сводит с ума. Туда-сюда снуют люди в форме, кто-то пьёт кофе, ест пончики, перешучивается с коллегами.
И никому нет до меня дела.
Единственный, кто остался рядом, — это Бастер. Он мечется у ног с опущенным хвостом и тычется холодным мокрым носом мне в ладонь. Чувствует мою панику.
Не понимаю, ничего не понимаю. Если я пострадавшая, неужели я не должна дать показания?
Подозрение зреет внутри. Дежурный сказал что-то про «состояние шока и горя». С чего ему это говорить? Только если…
Снова подрываюсь с места и направляюсь к стойке. Мужчина, едва заметив моё приближение, закатывает глаза к потолку.
— Мисс Риверс, клянусь богом, если вы не…
— Послушайте, — перебиваю не очень вежливо. Но нервы уже на пределе: я не спала всю ночь, а из еды в желудке только ночной кофе. — Почему никто не задаёт мне вопросов? Я расскажу, как всё было на самом деле!
Дежурный вздыхает — тяжело, протяжно, и скрещивает руки на объёмном животе.
— Мисс Риверс… — он наклоняется вперёд, вперив в меня мертвенно-серьёзный взгляд. — Ваш отец предоставил медицинское заключение о том, что вы не в себе после смерти бабушки. Острая реакция горя, стресс. Он утверждает, что мистер Салливан воспользовался вашим состоянием.