— Кажется, мы произвели на нее впечатление. — выразил общее мнение главный. — Завтра расскажем о нашей организации, чтобы она добровольно решила перейти под наш контроль. Тогда мы точно сможем узнать о делах ее внука. Да, не забыть бы спросить, отчего он умер? Петр тем временем лег на диван и собрался было немного отдохнуть от тяжелых интеллектуальных нагрузок: выдумать подряд столько правдоподобных историй про несуществующих родственников и ни разу не повториться — такое не под силу средним умам, но хорошее настроение немного испортил черт, появившийся перед Петром, вальяжно рассиживая на новеньком роскошном диване стоимостью с половину квартиры.
— Гениальный рассказ! — похвалил черт. — Даже мне понравилось.
— Я чуть мозги себе не вывернул! Но зато сектанты теперь в наших руках!
Наверняка завтра же предложат сходить на сборище и послушать других и самому что рассказать. А там и квартирку приберут к рукам.
— А вот у меня маленькие неприятности! — объявил черт. — Мой жуткозавр переел киллера и теперь сходит с ума от ярости.
— И что?
— Я должен его успокоить. Но я не могу этого сделать. Теперь никто не может этого сделать.
— Так зачем надо было создавать подобное существо, которое невозможно успокоить?
— Обязательное условие создания монстра — это то, что никто не имеет над ним власти. Это для того, чтобы при борьбе с ним оно не поддавалось.
— ?
— !
— Ты не мог бы выражаться словами?
— Ты первый начал!.. Разве я не говорил, что каждые три тысячи лет любой черт должен сразиться с собственным созданием?
— Зачем?
— Чтобы показать, способно ли оно восстать против создателя?
— То есть, оно должно его… э-э-э… убить?!
— Ты просто читаешь мои мысли! И если я создал чудище, которое способно меня убить, то я попаду на следующий уровень жизни.
— А если нет?
— То я получу повышение по службе и создам новое чудище, мощнее первого.
— Так ведь…
— Нет, повышать звания при помощи обмана у нас не принято. К тому же, за созданием следят и проверяют жизненные факторы. Подлог ради карьеры таким образом исключен. Наш мир очень жестокий, на этом и держится.
— Представляю, с кем тогда должны бороться ваши начальники.
— Ты не в силах представить подобное. Квинтэссенция зла. Золотой фонд жуткости. Ад, одним словом!
— Ваши начальники, получается, сущие дьяволы!
— Прямо в точку!
— А если ты проиграешь, то что?
— Я стану кем-то другим, и ничего не буду помнить о том, что было в моей прошлой жизни.
— Так. И мне придется воевать в гордом одиночестве?
— Нет. Ты попадешь в Рай.
— Кто тогда продолжит наше дело?
— Никто.
— Отказаться от битвы ты не можешь?
— Нет. Три тысячи лет прошли. В комнате появилась черная сфера.
— Приглашение не битву. — пояснил черт. — Не желаешь поддержать меня в трудную минуту?
— Мы же команда! Но для начала я сделаю вид, что старушка отправилась по гостям, прогуляюсь к магазину, а там и переместимся!
Петр вошел в сферу вслед за чертом и был перенесен в Ад благодаря специальному разрешению вышестоящего дьявольского начальства. Он почувствовал, что голова ходит ходуном из-за невероятных перегрузок, а когда те прошли, то обнаружил, что сидит около прозрачного купола, в котором находятся черт и жуткозавр. Рядом никого не было, но по шевелению вокруг него песка стало понятно, что ему просто не показывают местных жителей, опасаясь за его рассудок. Протянув руку в сторону, Петр обнаружил, что его не просто лишили возможности наблюдать что-либо кроме битвы, но и отгородили стеной от возможных в пылу азарта ударов возбужденных болельщиков. Черт тем временем ударил завра в челюсть, тот кувыркнулся на спину и нанес такой мощный ответный удар хвостом, что затрясся даже последний ряд зрителей, а дерущихся обволокло плотным облаком пыли. Невидимые пылесосы втянули в себя пыль практически мгновенно, но Петр не успел заметить, когда завр ощерился многочисленными шипами и колючками. Толпа взревела, глаза черта зажглись неведомым ранее Петру кольцевым огнем, завр сделал то же самое, выпуская перед собой слабое сияние. Черт поднялся в воздух, ослепительно засверкал глазами и скрутил пространство перед завром в бараний рог. Завр послал одновременный ответный удар, пространство закрутилось до опасной черты и внезапно вырвалось далеко в сторону, ломая попавшиеся по дороге преграды. Черта отбросило к первым рядам сквозь пробитую брешь в стене, завра пронзило в нескольких местах, фонтанами разбрызгивалась кровь, и даже очистители не могли сразу ее смыть со стен. Завр взревел, сжался, надулся — кровь перестала хлестать из ран, раскрыл пасть, выпустил наружу язык, покрытый гибкими, но не менее острыми, чем клыки, щупальцами и обхватил ими черта. Тот ударил обеими руками к глаза монстра, сделал сальто-мортале, монстр щелкнул зубами, черт вдохнул воздуха и выпустил мощнейший ментальный удар. Завр раздулся и лопнул. Замахав в агонии крыльями, он разрушил камеру, осколки разлетелись по всему стадиону и поцарапали немало зрителей. Кровь так и разлетелась по Аду, притянув к себе полчища зверо-демонов. Черт поднял победно руки, но агонизирующий хвост завра вбил его в землю.