— Ну хорошо. Видела и видела. Мне все равно. И еще! В том ресторане точно подруга подрабатывает, а не ты сама? — мама и дочь не раз спорили на эту тему. Катя упорно порывалась начать работать. Но ада уверяла, что вполне в состоянии помогать дочери, пока та учится. Катя находила разные способы. И в итоге, Ада отступила. Поставив одно условие — пусть подработка, но только не в ночных клубах или ресторанах!
— Мам. У меня ест ьвполне спокойная и нормальная подработка. Я же обещала тебе. — Чиокнул Аду в щеку. Какая же Катя уже взрослая. — Он изменился. — снова помолчала и продолжила. — Изменился. Сильно. Волосы совсем коротко постриг, чуть ли не под нолик. И кажется совсем худой. Старый. Лицо осунулось. Даже не думала, что он настолько старый. — Не нужно называть имен, и так понятно о ком речь.
— Кать, ты зачем это говоришь сейчас?
— Потому, что и ты такая же! От тебя скоро даже воздух шарахаться будет! Посмотри! В зеркало на себя глянь! Ты за руль машины садишься, и менты тормозят, думая, что ты подросток! Ты больше не красишься ярко! Волосы выпадают. Я же вижу! Не ешь ничего! — Катя начала плакать и уже почти кричала, — мне живая мама нужна! Тогда на операции, я еле пережила все это! А теперь ты просто тихо умираешь! Артем тоже скоро меня бросит! Все вы! Вам плевать на меня! Думаете только о себе! Артем скорее всего к родителям вернется. И не говори, что тебе все равно! Потому что вижу, не так это! — Катя смахнула слезы. Она, как и мама не умела долго расслабляться. Но Ада обняла дочь.
— Мы справимся. Обещаю, все будет хорошо. Пригласи к нам Артема. С его отцом. Устроим семейный ужин. Поговорим. Может, он и серьезный дяденька, но все же человек! От разговоров не рассыплется! Просто, пригласи его.
— Нет, мам. Он домой не придет. Да и вообще, говорить не станет. Анатолий Петрович, не человек.
— Катя! Я так понимаю, что ты не просто расстроена, а уверена, что уже ничего нельзя сделать! Давай, попробуем хитростью. Этот Карпов, где именно работает?
— Он чаще в разъездах. Видела его пару раз. Больше на бандита похож. Пистолет в кобуре из под одежды выпирает. Усатый, как пират. И очень большой. А голос, словно он привык только орать. Говорит вроде спокойно, но стены дрожат. Мам, я выше тебя ростом, и знаешь, рядом с ним, в пупок ему дышу. Нет. Встречаться нам всем не нужно. — холодный озноб прошелся по телу Кати. Она прятала глаза от матери.
— Он озвучивал когда-нибудь причину своего такого враждебного настроя?
— Артем рассказывал. Его уже почти женили. Ну как бы связали обещанием. Что он жениться на дочери какого-то важного человека из Москвы. Дело не во мне. А просто у Анатолия Петровича другие планы на жизнь сына. Да, он взрослый и вполне самостоятельный. Мам. Я вижу. И точно знаю, он боится своего отца. Очень.
Ада вспомнила слова Захара — обещай, что позвонишь, если встретишь Карпова. Захар. Он мог бы ее защитить? Ценой собственного благополучия. Ада поняла, что будет действовать без кого либо. Пора набирать форму! И возвращаться в мир взрослых и жестоких. Хватит прятать голову в песок. Укутываться, как пледом, своими переживаниями и страданиями. Она решила никогда не связываться с Романовым. Так чего тогда ныть теперь? Это ее решение. Ее жизнь. Она выдерет свое сердце из груди. Уложит его в красивую коробочку, на полочку. Спрячет под замок. И будет жить дальше. И действовать. На кону нечто более важное, чем ее душевное спокойствие и самобичевание. На кону счастье и спокойствие ее дочери!
Медстарз устраивал вечеринку в честь своего 15-летия. Не само событие волновало Аду. А именно то, кого можно встретить на данном мероприятии. Пусть встреча ожидалась не самая приятная, но очень даже занимательная и полезная. Ну, кто еще, как не Леонтьева может стать напарницей в таком тонком деле.
Ада и Паулина отправились в лучший спа-салон. Шоппинг. И салон красоты. Они обе собирались предстать перед руководством в лучшем виде. И да, развлекаться вместе у них получалось на ура! Леонтьева Паулина вообще жила на широкую ногу.
Уже в салоне, когда девушки сидели на маникюре. Расслабленные, красивые, полные сил и прекрасных ощущений. Ада слишком пристально изучала лицо под рыжей челкой.
— Ты счастлива, Пауль? — зачем то спросила она. Сегодня Ада решила создать на своих длинных ногтях целый пейзаж, в черных и мрачных тонах. Более того, она нарастила длинные локоны, вьющиеся, иссиня черные. В таком образе ее еще не видел этот мир.