— Я же не виноват! — испуганно бормотал Шурик. — Я же ничего не сделал!
Прохожие оборачивались в его сторону, недоумённо смотрели в его сторону. и шли дальше по своим делам. Шурик свернул к ларьку, купил там литр пива, сел на скамейку, и потихоньку всё выпил с горла. Стало легче, тревога улеглась. Он пошёл домой. Дома еще никого не было. Мелкие наверное пошли гулять. Он скинул ботинки, повесил куртку, и как был, прямо в одежде. завалился на диван в комнате родителей, и тут же заснул.
Сон был неспокойный. Ему снилось что он идёт один вечером через тот злополучный двор, а ему навстречу выбегает свора. Рыжая сучка заливисто гавкает, белая сучка тут же подхватывает, и с десяток кобелей бросается ему наперерез, окружают его, и клацают зубами, норовя укусить за ноги. От собак невыносимо воняет мертвечиной, и у них горят глаза. Как свечки. Он проснулся в холодном поту, и ощутил, что в штанах мокро. Он снова уписялся от страха. Шурик застонал, увидев на покрывале мокрое пятно. Ох и влетит же ему! Он быстро свернул покрывало и постель и бросил всё в стиральную машинку, оделся и вышел на улицу. Он бродил по району, и думал о своей жизни. Замкнутый круг нищеты, бедности и мелких краж. А что потом? Он не хочет в тюрьму. Он хочет жить как все.
Звонок прервал его размышления. Звонил Васян.
— Шурик, аллё! Тебя где носит? Подъезжай на трамвае на остановку у бурсы. Дело есть. За живца будешь.
— Мне уже надоело. Сколько можно?
— Ну может мелкого найдем. Не сцы! У тебя рожа честная, тебя не заподозрят. Может телефон у лоха стырим. Навар там хороший. Кароче, шоб через полчаса был на месте!
Шурик вздохнул и заковылял на остановку. Нога всё ещё болела, хоть и меньше чем вчера. Трамваев долго ещё не было. Стемнело быстро, не успел он докурить сигарету, как сумерки сменились ночью. С другой стороны улицы он услышал приглушённый собачий лай. В темноте засветились множество пар глаз. Все они смотрели в его сторону. Возле перехода он увидел грузную грушевидную фигуру полоумной бабки. Она стояла в тени, и лица не было видно, но Шурик знал, что это та самая бабка.
"Она же мертва! Откуда ей взяться? Или брат не додушил? Васян ей нож воткнул. Чтоб наверняка".
Он протер глаза. Фигура бабки исчезла.
"Померещилось. Устал".
Наконец подошел трамвай, и Шурик запрыгнул в него. Пассажиры испуганно косились, но никто не проронил ни слова. Шурик встал у дверей и увидел в стекле отражение своего лица — бледное, испуганное, усталое.
Братья уже ждали на остановке.
— Шо ты так долго? Мы тут задубели уже, пока тебя ждали! — укорил его Толян.
— Да трамвая не было долго. И потом…
— Шо эта ты бледный такой? — Толян схватил брата за плечи. — Как будто привидение увидел.
— Может и увидел. Бабка мне та ёбнутая померещилась.
— Ну ты брось! — прервал его Васян. — Она же не дышала уже. Я ещё ей нож воткнул. От такого не живут долго.
— Я знаю. — Шурик поежился . — И вме равно стрёмно.
— Да ты сам ёбнутый! Не такой, как люди! — крикнул Васян и сплюнул под ноги.
— Не кричи на брата! — рявкнул на него Толян. — Мы все в одной упряжке. Ещё такое услышу — дам в табло. Ты понял?
— Усёк, да. — Васян опустил голову. — Не лох же я.
— Ну вот и славно. — Толян хлопнул брата по плечу — А теперь пошли на дело. Ты, Шурик, сёдня на стрёме постоишь, когда охрана на перекур выйдет, мне звякнешь. Три гудка, и кинешь трубку. Окей?
— Да, все ясно, шеф, — сказал Шурик.
Толян и Васян скрылись за входом. Шурик пошел к черному входу, чтоб там подождать охрану. По земле стелился густой туман. Будто клубы дыма поднимались к темной массе облаков, сливаясь с ними. Свет луны с трудом пробивался сквозь темную пелену.
И снова в темноте блеснули глаза. Множество глаз. Как огни свечей вокруг гроба. Вдалеке послышался приглушённый собачий лай. Такой же, как тогда, когда онт с братом убегали от своры. Ему показалось, что он слышит визгливый лай рыжей сучки.
Появление охранников вывело его из оцепенения. Два рослых парня в камуфляже встали за углом, весело переговариваясь.
Шурик сразу набрал номер Толяна, дождался трех гудков и сбросил вызов.
И тут он услышал вой. Глаза светились в тумане, будто сквозь занавеску. И они приближались. Шурик ощутил в груди ледяной комок. По спине побежал холодный пот. Он с разбега вбежал через черный ход в помещение и понесся по коридорам, огибая ящики, тележки и мешки. Его вынесло в торговый зал. Множество людей толпилось между стеллажами, выбирая товар. Шурик взял литровую бутылку, пачку сухариков и плавленый сырок. Тут он вспомнил, что не брал с собой деньги. Он осмотрелся. Двое охранников обыскивали худощавого мужчину в очках, а сканер продолжал тревожно пикать. Шурик подкрался к неработающей кассе, пролез под цепочкой, и улучив момент, когда один из охранников повернется спиной, пристроился к паре молодых людей, выходившей от соседней кассы, сжимая в руках по два пакета. Он шел в шаге от пары, стараясь не отставать,делая вид, что все время шёл с ними. Едва оказавшись у выхода, Шурик выскочил из дверей, и увидел Толяна и Васяна, кативших по тележке. Они заливисто хохотали, оглядываясь по сторонам, и тут заметили Шурика.