— Толян, прыгай на ветку! Скорее! — кричал Шурик, свесившись с ветки. И в этот момент очки предательски соскользнули с ушей и полетели вниз. Шурик закричал от отчаяния. Теперь он все видел смутно, смазано, нечётко, размытыми контурами. Собаки снова превратились в неясные тени с горящими глазами.
Толян как будто не слышал. Он отчаянно крутился, отбиваясь от нападавших собак руками и ногами. Одну мелкую собаку он просто схватил за шкирку, и скрутил ей голову. И собака поднялась снова на лапы, и поползла к Толяну с вывернутой шеей. Еще три собаки впились Толяну в ноги. Он зашатался, и упал.
"Это конец!" — подумал Шурик. Он хотел закрыть глаза, чтобы не видеть, но не мог отвести взгляд. Псы облепили тело Толяна, и рвали его тело на куски. Вот рыжая сучка впилась ему в горло, а чёрный кобель рыча оторвал от плеча левую руку и потащил куда-то в сторону. Собаки исступлённо грызли тело брата, рвали плоть на куски, разгрызали кости мощными челюстями. Шурик отчётливо слышал хруст костей. Толян был еше жив. Он хрипел, дергался, но он уже был обречён. Две собаки отгрызли ему и правую руку, еще четыре принялись отгрызать ему ногу. Бабка стояла поодаль, исступлённо завывала и махала руками, как дирижёр руководит оркестром. Дядя Петя стоял рядом, слегка пошатываясь и подвывал бабке. Через пять минут от тела Толяна остался один скелет, без рук и без ног. Наконец, еще две собаки перегрызли шейные позвонки, и голова Толяна покатилась по земле. Собаки, утробно урча и давясь, жадно заглатывали куски мяса. Шурик заплакал. Да, Толян убивал людей с пугающим спокойствием. Он был отморозком, который никого не боялся. Но это был его старший брат, который заботился о всех братьях. учил их выживать в жестоком мире, где после смерти матери они все оказались никому не нужны Даже троюродная тётка приютила их только ради опекунских выплат, обращаясь хуже чем с собаками.
Краем глаза Шурик заметил, что Дядя Петя пытается руками разломать замок одного из гаражей.
Дверь шаталась, гремела, но не поддавалась. Наконец, послышался треск, и створка дверей отворилась со скрипом. Дядя Петя, оскалившись в довольной ухмылке, зашел в гараж, и вышел оттуда с топором. Он замахнулся, и медленно, с размеренностью автомата. начал рубить дерево, на котором сидел Васян. Бабка стояла рядом и хохотала, визгливо, заливисто. Её хохот скорее напоминал собачий лай.
— Васян, они щас будут рубить дерево! — крикнул Шурик. Васян не ответил. Он лежал ничком и дрожал, и вцепившись в ветку мертвой хваткой.
Тук-тук, тук-тук, тук-тук. Топор поднимался и опускался. Раздался треск, дерево рухнуло, Васян скатился на землю, больно ударившись о землю. Он захрипел, и не мог ни вдохнуть, ни выдохнуть. И тут собаки набросились на него, и начали рвать на части. Две собаки отгрызли правую ногу пониже колена, и потащили куда-то в темноту. Шурик услышал жуткий хруст. Собаки грызли ногу. Бабка снова завыла, и замахала руками, раскачиваясь из стороны в сторону. Хрясь, собаки оторвали правую руку до плеча. Хрясь, другие две собаки отгрызли левую руку по локоть. Васян хрипел, дёргался одновременно от боли и удушья. Наконец, черный кобель метнулся к нему, впился зубами в горло. Васян застыл неподвижно. Из разгрызенного горла со свистом вышел воздух. Собаки, урча, начали рвать безрукое и безногое тело на части. И тут Шурика ощутил вибрацию. В кармане джинс звонил телефон. Что за чертовщина? Он же разряжен? Дрожащей рукой Шурик вытащил телефон и глянул на экран. На нём светилась надпись "мама". Рука не поднялась удалить её номер из книжки. Он нажал зеленую точку, и услышал голос матери, сквозь помехи и шум ветра.
— Сынок, прыгай на крышу! Не бойся! Прыгай! Ты же смелый!. Залезь на тополь, а с него перепрыгнешь на крышу подъезда. Там залезь в открыто окно. Позвони в квартиру сто двадцать! Там живёт женщина. Она тебя примет. Пересиди до утра. Ничего не бойся! Беги!
В трубке раздались короткие гудки.
Стук-стук, стук-стук. Мёртвый дядя Петя принялся рубить второе дерево. Шурик выпрямился во весь рост, держась за верхнюю ветку, пригнулся и прыгнул. Он услышал глухой стук, приземлившись на крышу. Послышался треск, второе дерево упало. Собаки кинулись к дереву и завыли. Добыча ускользнула.