Но в эту минуту до нас долетел слабый, сухой звук револьверного выстрела, другой, третий…
— Что это? Они там дерутся внутри! — воскликнул Вами.
— Сколько их там? — спросил меня Мурата.
— Трое. Механик, сам Кеог и еще один служитель.
— Я этого и боялся.
— Чего?
— Посмотрите…
В самом деле мы снова увидели возмутительную сцену. Откидная дверь открылась вторично и мертвое тело, выброшенное из неё, полетело вниз. Я узнал его по одежде. Очевидно, Кеог и его механик убили служителя, чтобы облегчить шар.
«Сириус» снова, как птица, взвился в высоту, далеко оставив нас под собою.
И снова Мурата обратился к своим японцам:
— Нарабо!
Ни минуты не колеблясь, Нарабо ринулся за своим предшественником.
Но это было еще не все. «Южный» быстро взлетел на высоту 7500 метров.
— Вон он! Мы обгоняем его! — воскликнул я.
— Нет, — отвечал Мурата после некоторого молчания. — Его груз был тяжелее. Он остается выше нас метров на двести. Но у нас все-таки большое преимущество.
— Какое же?
— Ни он, ни механик, конечно, не захотят выскакивать. А выбросить им больше ничего не найдется. У них нет ни одного человека.
— А у нас?..
— А у нас… у нас еще найдется…
Сказав несколько слов, он обратился к Марселю:
— Г. Дюшмен вы, кажется, умеете управлять мотором?
— Да, это дело мне знакомое.
— Попробуйте же заменить нашего Мотоми. Марсель взялся за мотор. Сразу видно было, что он легко справляется с делом. Между тем Мотоми остановился на краю гондолы.
— Почему вы оставили мотор? — спросил я.
— Чтобы быть готовым отправиться своевременно. Мы приближаемся к «Сириусу». Он на двести метров выше нас. Когда наступит момент, капитан скажет мне…
— Да куда отправиться? — спросил я, догадываясь и в то же время не веря.
— Туда… вниз!
— Неужели вы сделаете это?
— Конечно… Ведь мое отечество в войне с Америкой и Германией. Я жалею, что не мне первому досталось. Но Сикава и Нарабо старше меня; я должен был уступить.
— А Вами?
— Вами младший. Он пойдет последним. Теперь моя оче…
— Мотоми! — крикнул капитан.
— Банзай! — было ответом…
Мы снова господствовали над Кеогом. Отметчик показывал 7400 метров. «Сириус» тяжело двигался на двести метров под нами.
Не схватятся ли теперь Кеог с механиком и тот, кто одолеет, выбросит побежденного? Но нет, одному невозможно управлять шаром и действовать орудием. Им остается одно: открыть все каналы и спускаться вниз… правда, это слабая надежда на спасение. Сверху «Южный» внизу — внизу, конечно, с Кеогом поступят как с бандитом, а не как с воюющей стороной…
— Опять там дерутся! — крикнул Вами, В самом деле, из «Сириуса» доносились револьверные выстрелы. Негодяи бились за верный шанс спасения; облегченный еще на одного человека, «Сириус», без сомнения, ушел бы от нас.
Но было уже поздно. Наступил наконец час расплаты. Мы были на одной линии с «Сириусом», на высоте около сотни метров от него. Широкое, в метр, отверстие на верхней стороне шара ожидало наших страшных гранат.
— Внимание! — крикнул Мурата. — Я спущусь еще на пятьдесят метров. Через полминуты…
Я стал лихорадочно отсчитывать до тридцати.
— Бросаем! — крикнул мне Вами, поднимая гранату.
— А, Джим Кеог! Наконец-то я сведу с тобой счеты!
Моя граната — именно моя, потому что Вами промахнулся — влетела в углубление «Сириуса». Последовал страшный взрыв. «Черепаха» мгновенно разлетелась в мелкие дребезги. Осколки долетели до нас, на высоту пятидесяти метров. «Южный» быстро подался в сторону. Передо мной мелькнуло искаженное — не страхом, а бешенством — лицо Кеога. Он успел еще схватить и разрядить в нас скорострельное ружье. Секунду спустя пылающая гондола «Сириуса» была уже далеко внизу.
Победа! Триумф!
Но что такое с Марселем? Он лежал на дне гондолы, раскинув руки. И капитан Мурата не шевелился, уткнувшись лицом в дно.
— Мотор не действует! Резервуар пробит! — крикнул Вами. Да, Джим Кеог сумел послать парфянскую стрелу. Кажется, ни одна его пуля не пропала даром. Две поразили наших товарищей, третья пробила резервуар мотора, испортив его непоправимо. Наш аэрокар стал неуправляемым. Он превратился в такую же игрушку ветра, как сферические шары прежних времен.