– Что они делают? – с ужасом спросил я сидевшего рядом и кривившегося от боли проводника.
– Горные обезьяны отступили! – с усмешкой отвечал тот.
– Они знают, что им не выдержать прямого столкновения с гвардией госпожи Юки!
Золотая воительница подошла к проводнику.
– Как ты, Горо? – спросила она, склоняясь к нему.
– Я в порядке, госпожа Губернатор! – силясь улыбнуться, отвечал тот.
– Окажите помощь раненым! И добейте лошадей, они не должны мучиться! – отрывисто приказала женщина. Она вновь прошла мимо меня, лязгая доспехами, её длинный изогнутый меч, почти задевал о землю. Мне было трудно дышать, справа от меня дорога была устлана истыканными стрелами трупами людей и лошадей, рядом, нелепо раскинув длинные сухие руки, лежал мой начальник, очки его треснули, из уголка тонких губ протянулась струйка тёмной крови. Ощущение того, что я только что был на волосок от смерти, захлестнуло меня, и я разрыдался впервые с тех пор как был ребёнком. Золотая воительница покосилась на меня, как мне показалось с плохо скрываемым презрением, но я ничего не мог с собой поделать.
– Выдвигаемся в Аркан! – закричала она. Смеясь и беспечно переговариваясь, воины садились в сёдла.
– Дайте ему лошадь! – указывая на меня, приказала госпожа губернатор.
Дорога до города проходила для меня, точно в тумане, и лишь когда впереди показались высокие бревенчатые стены я смог немного прийти в себя, но поселившееся во мне чувство страха, не оставляло меня всё время, что я находился за Стеной. До сих пор, когда я вспоминаю об этом, моя спина холодеет. Я больше никогда не вернусь в этот Ад! Да и вам не советую!
* * * * * * * * * * *
Их машина стояла, неловко притулившись, под эстакадой третьего транспортного кольца. Над их головами бесконечной вереницей ползли ряды машин, кажется, что утренний трафик не заканчивался здесь в течение всего дня и вплоть до глубокой ночи, по закупоренным транспортом кровеносным артериям города медленно двигались миллионы вечно уставших, нервных водителей. Их когда-то белая, а теперь грязная с коричневыми разводами машина, стояла, заехав одним колесом в плохо убранный гниющий снег, как будто став с ним одним целым. Мимо них одна за другой равнодушно проезжали машины, шедшие на разворот, чтобы встать в пробку, тянувшуюся далеко за Кутузовский проспект. Высокий, худой молодой человек сидел, чуть пригнувшись, положив руки в чёрных перчатках на рулевое колесо и напряжённо глядя на возвышавшиеся перед ними тёмные башни небоскрёбов. Рядом с ним сидел толстяк Шварц и время от времени нервно зевал, девушки расположились на заднем сиденье.
– Что это за машина вообще?! Какая-то рухлядь, да ещё праворукая! – презрительно сказал толстяк, обращаясь к высокому.
– Заткнись жиртрест! – резко отвечал ему Барс.
– Мне, что было сказано? Мощная машина, не привлекающая лишнего внимания! «Креста» идеально для этого подходит! А если тебя что-то не устраивает, можешь валить!
Толстяк уже собирался ответить, но Чиха прервала их спор.
– Замолчите немедленно! – резко сказала она.
Сидевшая рядом Сая потянулась с протяжным стоном и, распахнув тяжёлую дверь, полезла из машины наружу.
– Сая, ты куда? – Чиха схватила её за руку.
– Да надоело ждать! Я просто пойду туда и убью его! – недовольно отвечала она.
– Как ты собираешься найти его там! К тому же там всюду камеры! Сразу же приедет полиция!
– Ну и что? Я и их порублю!
– Сая, сядь в машину! – в голосе Чиха зазвучал металл. Толстяк на переднем сиденье поёжился. Сая закрыла дверь и вернулась на своё место.
– Тебе не кажется, что эти здания напоминают башни древнего замка? – примирительно сказала Чиха. Сая в ответ равнодушно пожала плечами.
– Совершенно верно, госпожа Чиха! – торопливо проговорил толстяк.
– Мне тоже приходило это в голову!
– Вот придурок! – презрительно пробормотал высокий.
– Барс, ты уверен, что они поедут в эту сторону? – обратилась к нему Чиха.
– Обычно он всегда так ездит, – отвечал высокий сквозь зубы.
Некоторое время они сидели в молчании, ещё несколько машин проехали мимо, прежде чем из-за поворота появился чёрный «Гелентваген» с мигалкой и вплотную к нему приземистое, тело бронированного лимузина.
– Это он! – быстро проговорил Барс, выпрямляясь.
– Он же просто богатый чувак! Разве им положена мигалка? – пробормотал Шварц, но на его замечание никто не обратил внимание. Внедорожник проехал так близко от них, что едва не зацепил переднее крыло. Барс выругался сквозь зубы. Беспрерывно «крякая» разгоняя другие машины, «Гелентваген» выехал на ТТК, лимузин последовал за ним, его номер был АМР, но регион подмосковный.