Один выстрел изменил ее жизнь раз и навсегда. Вивиан почувствовала, как пистолет выскользнул у нее из рук, когда увидела, как отец падает, и время словно замерло. Не было ни радости, ни облегчения – лишь пустота.
Отец умер. Мать Вивиан долго не знала, что делать. Она стерла отпечатки пальцев своей дочери с пистолета, нанесла свои и взяла всю вину на себя. Мать несла тайну, которую хотела спрятать от окружающих. Она отправилась в тюрьму, закрывшись в клетке, как в зоопарке, где не оставалось никакой свободы. Ответственность за смерть мужа висела на ней, словно свинцовая гиря. Вивиан осталась беззащитной, в неведении, потерянной и одинокой, как противостояние самого хаоса.
Жизнь оказалась суровой учительницей. Не в силах справиться с горем и чувством вины, мать закончила свои дни, выбрав один из самых трагичных путей – свела счеты с жизнью, оставив дочь на произвол судьбы.
Вивиан осталась одна, как призрак, скитающийся в забытых коридорах своего детства. Глубокая утрата оставила в ее сердце огромную дыру, и несмотря на то, что она еще была молода, девочке пришлось взять на себя груз, который никто не должен был носить.
Сейчас она стояла у окна, прислонившись к холодному стеклу. Вечернее солнце все еще сквозило через редкие облака, окрашивая небо в яркие оттенки оранжевого и розового, но для Вивиан этот свет казался мрачным и чуждым. Она не могла оторвать взгляд от темного горизонта, где, казалось, скрывались ее страхи и кошмары. Ближайшие часы перерастали в бесконечность, и каждый звук, доносящийся из-за окна, заставлял ее сердце биться быстрее.
Зейн Де Хаан. Это имя вызывало у нее дрожь в коленях, как будто само произнесение его нарушало некий запрет. Мужчина, который стал олицетворением ее самых глубоких страхов, – ловкий манипулятор, хладнокровный человек без совести, каждый миг которого был пропитан жаждой власти и контролем. Его умение принимать неожиданные решения делало его опасным противником. И в данный момент все мысли Вивиан крутились вокруг того, что именно задумал этот человек, когда решился прийти к ней.
Раздался звук, который заставил ее сердце подпрыгнуть, – стук в дверь. Вивиан замерла на месте, глаза ее расширились, а внутри все замерло. Это был он. Несколько мгновений в ней боролись желание открыть дверь и противоречащее желание скрыться от его взгляда. Она сделала глубокий вдох и постаралась привыкнуть к мысли: только Богу известно, что задумал этот маньяк.
Вивиан медленно отвела взгляд от окна, словно пробуждаясь от кошмара, и решительно подошла к дивану. Ее сердце бешено стучало в груди, но сейчас это был не страх – то была решимость. Торн знала, что приближается к пределу, и только она могла остановить этот кошмар.
Словно по команде, ее рука нащупала холодный металл пистолета, который она спрятала под подушкой. Момент на мгновение замедлился, когда детектив потянулась за ним. Каждое движение казалось весомым, как будто воздух плотнел и сгущался вокруг. Пистолет чуть скользнул в ее руке, и она крепче сжала рукоять.
Звуки стука в дверь становились все настойчивее, каждый удар был похож на призыв, требующий внимания. Как будто Зейн Де Хаан сам стучал не только в дверь, но и в ее рассудок, пытался проникнуть в самые глубины ее страха.
Стучащее сердце замирало от очередного удара в дверь, и Вивиан почувствовала, как охватывающее напряжение сковывает ее тело. Она осторожно подошла к двери, торопливо сглотнув комок, застрявший в горле. Взгляд ее сосредоточился на глазке – небольшом отверстии, через которое можно было заглянуть в коридор. Она наклонилась с надеждой увидеть знакомое лицо, но вместо этого увидела лишь синюю кепку, плотно закрывающую лицо человека, стоящего на пороге.
– Кто это? – настороженно спросила Вивиан, ее голос прозвучал чуть строго, чтобы скрыть внутреннюю дрожь.
– Вам посылка, мэм, – ответил голос снаружи, звучащий обыденно и нейтрально, но с долей настойчивости, которая заставила ее насторожиться.
Каждое слово, произнесенное этим голосом, поднимало в ней волнение. Она знала, что нужно быть осторожной, тем более когда в ее жизни вновь появился Зейн Де Хаан, о котором она все время думала.
– Оставьте за дверью, – произнесла Вивиан, стараясь подавить волнение.
– Тут нужна ваша подпись, – настаивал курьер, и в его тоне чувствовалась легкая настороженность, как будто он пытался выведать ее намерения.