Вивиан замерла, не веря своим глазам. Вместо человека из тени вышел… черный доберман. Его фигура четко вырисовывалась в свете редких уличных фонарей. Собака стояла неподвижно, внимательно глядя на нее. Гладкая блестящая шерсть делала ее почти неотличимой от ночи, и лишь яркие умные глаза выдавали присутствие живого существа.
Вивиан облегченно выдохнула, опустив пистолет, и невольно улыбнулась.
– Ну и напугал ты меня, – прошептала она, глядя на добермана, который, казалось, совершенно не был настроен агрессивно. Напротив, в его взгляде читался интерес и, возможно, даже намек на дружелюбие.
Собака не двигалась, словно выжидая, что детектив сделает дальше. Вивиан наклонилась, протянув руку, и тихо произнесла:
– Откуда ты взялся, друг?
Доберман медленно подошел ближе, осторожно обнюхав ее протянутую ладонь, затем мягко ткнулся носом. В этот момент Вивиан почувствовала, как напряжение медленно уходит, и странное чувство облегчения охватило ее. Ночной гость, оказывается, был не таким опасным, как казалось вначале.
Вивиан коснулась ошейника, на нем было выгравировано имя: «Оникс».
– Приятно познакомиться, Оникс! – улыбнулась Вивиан.
Но ее улыбка вмиг пропала, когда она перевернула табличку с именем. На обратной стороне красовалась символика «Адских псов» – огненная морда собаки.
– Черт, – прошептала детектив, почти потеряв дар речи.
Этот символ нельзя было спутать ни с чем, и он нес неотвратимую угрозу.
Она почувствовала, как все ее тело напряглось. Оникс был не просто случайной собакой – он явно был кем-то направлен, возможно, выполнял роль связного или даже посланника.
Оникс рванул вперед, его мощное тело, словно сливаясь с тенью, исчезло в темноте улиц. Вивиан застыла, чувствуя, как реальность ускользает из-под ног. Только что она держала руку на ошейнике пса, и вот он исчез, оставив ее в густой тишине ночи, наполненной вопросами.
Ее разум отчаянно пытался осмыслить происходящее. Знак «Адских псов» на ошейнике, странное поведение собаки, ее поведение, напоминающее игру в кошки-мышки. Все это вызывало смесь страха и возбуждения, почти мистического трепета.
После бессонной и беспокойной ночи детектив Торн и ее напарник Джонни Рейс прибыли в районное управление полиции, где им предстояло провести допрос заключенных, каким-либо образом связанных с Зейном. Атмосфера в здании была напряженной: каждая деталь, включая голые серые стены и холодный свет, подчеркивала серьезность намеченного дела.
Торн шла впереди, держа в одной руке стакан с горячим эспрессо, а в другой – папку с досье заключенных, которые должны присутствовать на допросе. Ее светлые волосы, собранные в тугой пучок, колыхались в такт шагам, а объемная челка аккуратно очерчивала скулы. За время работы в полиции ей приходилось иметь дело со множеством преступников. Она подвергалась нападению, ей угрожали, желали смерти, но именно Зейн оставил кровавый след в ее душе.
Ее напарник, Джонни Рейс, шел следом, высокий и подтянутый, с длинной челкой и коротко подстриженными светлыми волосами и легкой улыбкой, которая сдержанно подчеркивала его дружелюбный и коммуникабельный характер. Но сейчас он был сосредоточен на предстоящем деле, хотя всегда старался сохранять спокойствие даже в самых сложных ситуациях. Он поступил в отделение вскоре после поимки Де Хаана. И только Вивиан заметила необычность его имени, на что напарник отвечал, что его отец – поклонник знаменитого детектива Джонни Рейса.
Они вошли в допросную, оборудованную стандартно: стол, два стула для детективов и один для подозреваемого, камера в углу, записывающая каждый момент. Первым был приведен заключенный по имени Макс Райф – мужчина среднего возраста, с усталым лицом и темными кругами под глазами.
Детектив Торн еще раз пролистала досье Макса, запоминая все детали: убийство жены на почве ревности, срок – двадцать лет, отбыл уже шесть. Это было немаловажной информацией, особенно учитывая тот факт, что он делил камеру с Зейном.
– Макс, – продолжила она после небольшой паузы, оторвав взгляд от досье и встречаясь с заключенным глазами, – ты и Зейн были в одной камере в течение какого времени?
– Немногим более года, – пробормотал Макс, пытаясь оставаться спокойным, но нервозность проявляла себя в мелких движениях.
– Значит, вы успели хорошо познакомиться, – отметила Торн, делая акцент на двух последних словах.
Макс усмехнулся, но это было скорее нервное действие.
– В таком месте всем приходится как-то ладить. Не хочешь же ты провести срок в постоянной напряженности.