Она все еще не знала, куда бежит, но все равно бежала. Ее разум даже не пытался понять, откуда появилось это зловещее место в том же пространстве, которое занимала картотека. И все же ей не давал покоя вопрос: чем все это кончится? Когда она свернула за следующий угол, ее ждал ответ.
Еще одна дымящаяся городская улица тянулась вперед, но только на полквартала. Потом все кончилось очень резко. За его пределами виднелся тихий, залитый лунным светом холм, спускавшийся от библиотеки. Она уже собиралась выбежать, но...
- Помоги мне, - умолял ее чей-то голос. - Пожалуйста...
К черту все это, решила Пенелопа. Единственным человеком, которому она могла сейчас помочь, была она сама - выбраться из этого адского места. Но что-то было в этом голосе. Он принадлежал женщине, и он был женским...
Она посмотрела в узкий переулок, откуда донесся призыв. На кирпичной стене хлопал тяжелый металлический плакат: "Горящие дети, только одно шоу! ЖИТЬ В БАЛЬНОМ ЗАЛЕ КРОВОСОСОВ". Напротив кто-то нацарапал мелом: "Боже, пожалуйста, забери меня обратно", потом кто-то еще написал: "Не задерживай дыхание!"
Переулок, как и все остальное, вонял. Даже в ужасе Пенелопа почувствовала, что должна остановиться.
Было ли в этом голосе что-то знакомое?
- Помоги мне, - повторил голос. - Меня изнасиловал и избил Великий Князь.
Пенелопа сделала шаг в переулок. Да, голос был знаком. В углу, сжавшись в комок, сидела обнаженная женщина.
- Кто ты? - Спросила Пенелопа дрожащим голосом. - Ты одна из других охранников?
Хихиканье - знакомое хихиканье - а затем женщина вскочила и схватила Пенелопу, и вдруг она поняла, насколько знакомым был этот голос на самом деле.
Это был ее собственный голос, который говорил с ней.
А теперь на Пенелопу напала... она сама.
Обнаженная женщина, очень похожая на Пенелопу, усмехнулась. Ну, она была не совсем похожа на Пенелопу, потому что у Пенелопы не было клыков, а белки глаз Пенелопы не были ярко-малиновыми с белыми радужками. У Пенелопы не было четырех суставов на пальце, и у нее не было когтей вместо ногтей. У Пенелопы не было еще одной вещи, которой обладала эта злая копия: пениса.
Пенелопа закричала, когда ее потащили вниз. Идеальные копии ее собственных грудей покачивались перед ее искаженным ужасом лицом, а пенис самозванца - скорее демонический, чем человеческий, потому что он был серым, как береста, с той же текстурой, и имел перевернутую головку, больше похожую на головку поршня, чем на головку пениса - пульсировал у нее на животе, когда ее начали насиловать.
- Я воткну его посильнее, милая, - заверила ее клон своим собственным голосом. - Поздоровайся с моим мистером Попрыгунчиком.
Бедра клона скользнули между ног Пенелопы. Пенелопа только брыкалась и кричала - бесполезная реакция. Затем крючковатые руки начали тянуть ее за штаны...
ЧПОК!
Пенелопа закрыла глаза от ужаса, но открыла их снова, когда нападавший, казалось, обмяк. Еще одно щупальце склонилось на своих длинных червеобразных лапах, засунув конец хобота в рот клона. Пенелопа смогла отползти в сторону, когда пищеварительный орган существа начал сосать, вытянутый ствол пульсировал. Это заставило Пенелопу подумать о шланге пылесоса, только этот пылесос не всасывал пыль, он высасывал внутренние органы ее жуткой копии, по крайней мере, Пенелопа так думала, пока существо не остановилось, а затем не втянуло свой хобот. Звук, который он издал - явно протестующий - пронзил ее уши, как скрежет дрели дантиста. Чего Пенелопа не могла понять, так это того, что у ее гекс-клона не было внутренних органов, только гнилой реанимированный гуляш и тухлая кровь - не та пища, которую ожидал Тентакулус. Существо дернулось назад, подняло хобот, как слон, и быстро выплюнуло все, что только что проглотило, извергнув все это ливнем.
Пенелопа возобновила свой побег вниз по переулку. Вид луны - ее луны, а не луны из другого мира - манил ее. Наконец она оказалась там и чуть не упала в обморок, когда впервые вдохнула чистый ночной воздух. Она слышала стрекотание сверчков, видела мягкую зеленую траву, спускающуюся с холма, на котором была построена картотека. Все, что оставалось делать сейчас, это продолжать бежать, просто продолжать убегать и убираться как можно дальше от этого места или этого кошмара.
- Прощай, Пенелопа, - раздался в ее ушах голос, который она слышала от человека в подвале, голос, больше похожий на свет. - Наслаждайся своей жизнью, пока она у тебя есть, потому что ты только что видела дом твоей будущей жизни...