- Да...
- Каждый выживший в этом городе должен видеть твой Красный Крест Крестоносца, когда ты будешь насиловать женщин и детей. Ты меня слышишь?
- Да...
- Тогда иди.
Рыцарь повернулся и направился к деревенской площади.
И все это за один рабочий день. Но возможно ли, чтобы Первого падшего ангела тошнило? Расстройство желудка? Грациозная рука повелителя тьмы легла на живот. Когда он нахмурился, живая изгородь из распускающихся розовых цветов тут же погасла.
Белый Камень, понял он. Конечно. Он громко рассмеялся, и этот звук разнесся по всему континенту. Весь этот Бог во мне прямо сейчас. Конечно, меня от этого тошнит...
Было семь таких камней, вставленных в двенадцатые Врата Небес, самые высокие врата, такие высокие, что только горстке ангелов было позволено пройти через них. Существует семь камней, как совершенное число, и все белые: цвет совершенства.
Люцифер украл три камня как раз перед тем, как был изгнан.
Огромная тень затрепетала на верхушках деревьев. И тут он понял - его тошнило не от камня в животе, а от внезапного присутствия.
Белокурый ангел - Гермафрим, наполовину мужчина, наполовину женщина - парил на огромных белых крыльях над деревьями, глядя вниз. Его сияющее лицо сначала выглядело печальным, затем он сердито посмотрел на Люцифера.
- Ты позорище, - сказал ангел, и голос его прозвучал оглушительно тихо.
- Недостаточно! - Рявкнул в ответ Люцифер. - Но скоро буду! Скоро я покажу тебе позор! - Слова Утренней звезды сотрясли птиц с каждого дерева в лесу. Птицы тут же упали замертво.
Ангел подвинулся ближе и бросил на Они полный ненависти взгляд. Затем раздался странный скрежещущий звук. Они вздрогнул и превратился в черную с крапинками соль. Мгновение спустя рассыпался в груду гранул.
- Сделай это со мной! - Крикнул Люцифер вверх.
Ангел лишь сердито посмотрел на него.
- Ты не можешь! Это потому, что ты не можешь!
- Даже если бы и мог, я бы не стал. Лучше тебе гнить в бессмертии.
- Я обожаю свое бессмертие! Ты завидуешь!
В стороне собралась толпа.
- Ангел! - раздался чей-то голос. - Ангел пришел благословить нас! - и несколько деревенских жителей выбежали из своих домов на улицу. Двое мужчин, тащивших повозку смерти, остановились и посмотрели вверх. Они все уставились на ангела.
Одна женщина держала на руках умирающего ребенка, ее перепачканное лицо блестело от слез.
- Помоги моей дочери, умоляю тебя, - рыдала она, обращаясь к ангелу.
Ангел улыбнулся, несмотря на страдание на своем неисчислимом лице.
- Твоя дочь доживет до ста лет, - тихо сказал он.
Ребенок заизвивался на руках у матери, вскочил на ноги и убежал, смеясь, чистый. Женщина упала на колени перед огромной тенью ангела. Все жители деревни на улице смотрели вверх.
- Это Бог, - прошептал кто-то.
Люцифер захлебнулся злобой и выбежал, указывая.
- Эта тварь не Бог! - взревел он, и затряслись дома. - Я больше бог, чем он! - Глаза Люцифера вспыхнули ненавистью, или это действительно было просто отчаяние, скрываемое тысячелетиями? Он бросил вызов ангелу. - Исцели их всех! Сделай их всех чистыми - всех! Исцели континент!
- Исцели нас, Боже...
- Спаси нас от чумы...
- Мы верим в тебя...
Аура ангела потеряла часть своего блеска. Это был плач?
- Мне нельзя. Но вы все будете спасены через вашу веру во всемогущего отца...
- Чушь собачья! - Бормотал Люцифер, все еще указывая вверх. - Эта штука не может исцелить вас! Если Бог так могуществен, так благосклонен, как он вообще позволил этому случиться? Ответьте! - Потом Люцифер бросился вперед.
- Посмотрите на меня! - И приблизился к повозке смерти. Он посмотрел на нее и крикнул. - Вставайте! - и умирающие были излечены, и мертвые вернулись к жизни. Он посмотрел на толпу, на тех, кто высыпал на улицу, и крикнул им:
- Вы все исцелены! - и их гноящиеся бубоны исчезли, инфекции ушли, их глаза очистились от кровоизлияний.
- Поклоняйтесь мне, - умолял их Люцифер. Все они окружили его и упали на колени. Он протянул светящиеся руки. - Весь этот город исцелен...
- Обманщик. Утренняя звезда, ты слаб в своей тьме, - сказал ангел. - Я не могу дождаться, чтобы увидеть, как ты будешь гореть тысячу лет.
Люцифер улыбнулся существу, да, улыбкой, точно такой же, как у Христа, когда он готовился начать свою Нагорную проповедь.
- Пошел ты, - сказал Люцифер.
Ангел улетел.
Он должен чувствовать себя победителем, не так ли? Люцифер чувствовал себя раздавленным. С исчезновением ангела его гордость стала бесполезной. Хвастаться было не перед кем. Он протолкался сквозь толпу своих новых последователей, игнорируя их похвалы, даже не видя их, и, пошатываясь, направился к куче соли, которая когда-то была Они. Камень, подумал он, камень. Он не должен забывать о камне. Он покопался в соли и нашел его. Он был крошечным и чисто белым, идеально белым. Из мешочка на поясе он достал щепотку пыли Энгерро - космического рвотного средства - и положил себе на язык. Через мгновение его вырвало прямо в руку, и в тот момент, когда второй белый камень был извлечен из его живота, Люцифер открыл глаза.