Гребаные уроды! Она пожалела, что у нее нет ее старого пикапа, чтобы привязать их обоих к прицепу и отправиться в долгую поездку.
Рут присела в реверансе перед неподвижным Биомагом.
- Прошу прощения, сэр. - Но прежде чем она поспешила сделать заказ, она на долю секунды заглянула в капюшон Мага и увидела лицо, которое было ничем иным, как дымящимся черепом.
Фу!
Костлявый палец Альдежора постучал по ее руке. Это было похоже на ледяной удар.
- Это довольно привлекательный наряд, который обычно носят только самые хваленые одалиски, и я должен сказать, что ваше безупречное тело справедливо заслуживает его. Я уверен, что ты будешь прислуживать мне каждый раз, когда я буду здесь.
Наконец-то! Комплимент!
- Благодарю вас, Великий Князь. - Хотя она не могла видеть его глаз, она чувствовала, как они ползут вверх по ее почти обнаженному телу. Да. Мужчины все одинаковы, даже в Аду, заключила она. Просто кучка похотливых придурков.
Слова Альдежора вспорхнули вверх.
- Пусть твоя красота будет вечной, как твое Проклятие.
- Вы так обходительны, Великий Князь. - Как вам это нравится? Чудовище на меня запало.
Рут поспешила сделать заказ и стала ждать в конце бара, через место от Александра. Она попыталась отмахнуться от бесконечных оскорблений, но только разозлилась еще больше.
- Эти парни ломают меня, - прошептала она.
- Я знаю, - прошептал он в ответ. - Просто улыбайся и терпи.
Она заскрежетала зубами.
- Не думаю, что смогу. Они стараются со всех сил, особенно этот тыквоголовый ублюдок.
Женщина-Упырь с имплантами больше, чем у Рут, провальсировала мимо с подносом жареных селезенок.
- Новенькая мразь, - пробурчало чудовище себе под нос. - Я вижу, как ты подлизываешься к Великому Герцогу, но позволь сказать тебе, что он ни за что не будет связываться с человеческим дерьмом вроде тебя.
Рут замахнулась кулаком, но рука Александра поймала его прежде, чем она успела коснуться ее.
- Ничего подобного! Ты все испортишь.
Рут только еще сильнее заскрежетала зубами, когда стройный Упырь заморгал. Держи себя в руках. Держи себя в руках.
Священник посмотрел на нее с отвращением.
- А ты совсем не смотришь.
- Хм?
Александр наклонился прямо к ее уху, пока бармен не видит.
- Шевалье только что передал Альдежору записку! А теперь иди туда и отвлеки его достаточно, чтобы ты смогла прочитать ее, прежде чем он уберет ее!
Отвлечь его? Рут понятия не имела, что он имеет в виду, а творчество под давлением не было сильной стороной. Руки Оборотня сжались, когда она быстро подошла к столу.
Рука Альдежора – словно перчатка из спрессованного черного газа – держала маленький кусочек пергамента.
- Отлично. - Он посмотрел на шевалье. - Я передам это Бонифацию, когда мы закончим есть. - Затем он начал прятать записку под плащ.
Не раздумывая, Рут задрала лифчик. Она коснулась холодного плеча Альдежора как раз в тот момент, когда он собирался убрать пергамент.
Сегментированное лицо шевалье стало свекольно-красным.
- Как ты смеешь поднимать свои грязные руки проститутки на Великого Князя! Я прикажу их отрезать!
Но безликое лицо Альдежора смотрело прямо на обнаженную грудь Рут.
- Ну, это самое... впечатляет, - пробормотал он.
Она посмотрела на шевалье.
- Не сердитесь, сэр. Я просто решила предложить Великому Герцогу приватный танец, пока он ждет ленч.
- Ты смехотворный, наглый позор всего Человечества! - закричал шевалье. - Ты ниже самой ничтожной грязи, которая когда-либо существовала в Аду! Как ты смеешь предполагать, что Великий Посланник сатаны захочет находиться рядом с такой, как ты!
Альдежор поднял темный палец.
- Молчи, шевалье. Дело в том, что мне бы очень понравилось такое восхитительное зрелище.
"Мы готовы", - подумала Рут и занялась тем, что у нее получалось лучше всего: соблазняла мужчин своим телом. В зале воцарилась тишина, пока она медленно танцевала вокруг Великого Герцога, покачивая бедрами и проводя руками по его черной груди. Даже Александр наблюдал за происходящим. Рут мастерски перекинула ногу через голову Альдежора, одновременно уперлась задом в стол, затем задрала обе ноги в букву V. "Вот, любуйся", - подумала она. Более синхронными движениями она скользнула вперед, лицом к нему, и села к нему на колени. Господи, этот парень холоднее снеговика, подумала она. Теперь ее обнаженные груди оказались прямо перед его бестелесным лицом.