Тук!
Кто-то ударил ее сзади по голове. Последнее, что заметили ее глаза, прежде чем она потеряла сознание, было следующее: очень бледный отец Дрисколл лежал, скорчившись, в ванне, одна сторона его горла была перерезана так глубоко, что он был наполовину обезглавлен.
Глава восемнадцатая
- Боже милостивый, надеюсь, она услышала меня в этот раз, - сказал Александр, убрав Вокс с губ. Вокруг них мерцали алые здания; вдалеке дымились кроваво-кирпичные литейные цеха, которые каким-то образом искрились. Рут и Александр шли по оживленной, забитой Демонами улице с Рукой Славы, невидимые для всех.
- Девственница-цыпочка. Она ответила, не так ли? - спросила Рут. Она смотрела, как Мотыльки-личинки кружат вокруг каких-то цветов с глазками вместо тычинок.
- Да, но поверила ли она в то, что услышала? - Священник, казалось, встревожился.
Рут задумалась: "Если бы я услышала голос, говорящий, что он из Ада, поверила бы я ему? Ни единого гребаного шанса. Я бы просто на время перестала принимать наркотики".
- А если она не поверила тому, что ты ей сказал... что тогда?
- Тогда...
- Жестко трахалась и никогда не целовалась?
Александр кивнул, нахмурившись.
- Постарайся не ругаться, Рут. Пожалуйста.
Нахуй. Но Рут нравилась сама мысль о том, чтобы идти незамеченной; никто не мог увидеть ее сейчас, одетую в дорогой Бюстгальтер и Юбку-Язычок, и с Гнилостным лицом, которое когда-то принадлежало Сладострастию. Священник остановился на оживленном углу.
- Ну, вот Плотоядный бульвар и улица Апраксия, а там, - указала его рука Аннелок, - агентство по усыновлению. ЗЛЫЕ СЛУЖБЫ ПО УСЫНОВЛЕНИЮ ДЕТЕЙ.
- Не могу сказать, что мне нравится это название, - заметила Рут, - но я думаю, что это довольно круто, что бездетные пары в Аду могут усыновить ребенка, чтобы заботиться о нем и любить его.
- Рут, Рут, Рут. Ты ведь еще ничего не понимаешь, правда? - пожаловался Александр. - Люди здесь не усыновляют детей, чтобы растить их, как в Живом Мире.
- Тогда зачем они их усыновляют?
- Принести жертву сатане. А ты что думала? - Он протянул ей Руку Славы. - Подожди, я сейчас вернусь.
Рут взяла ужасную руку с огненными пальцами.
- Так зачем нам ребенок? – расстроившись, спросила она.
Александр не ответил; он просто вышел из тени и вошел в агентство.
"Как будто все должно быть только страннее", - подумала Рут. Она стояла, постукивая ногой в костяной сандалии, и через несколько минут Александр вернулся. Вернувшись, он держал на руках пухлого маленького ребенка с широкой улыбкой и большими широко раскрытыми глазами. У него также были маленькие рожки, клыки, как у сурка, и зеленая с черными пятнами кожа, но это вряд ли имело значение.
- Он такой милый, - обрадовалась Рут и замолчала. - Я имею в виду... даже несмотря на то, что он ребенок Демона.
- Гу-гу, га-га, - пролепетал малыш и рыгнул. Маленькие пухлые ручки потянулись к Александру.
- Он не такой милый, как ты думаешь, - сказал священник.
Затем младенец потянулся к одной из больших грудей Рут.
- Наверно, это тоже мальчик, а? И вообще, зачем нам ребенок? - Рут усмехнулась. - Мы же не собираемся жертвовать им, верно?
Александр мрачно посмотрел на нее... и вытащил нож.
- Чушь собачья! - завопила она. - Мне все равно, что это Демон – это все равно ребенок, черт возьми!
- Рут, ты не понимаешь, и у нас нет времени препираться.
Рут попыталась вырвать ребенка.
- Ни за что, парень! Мне все равно, даже если мне придется остаться здесь навсегда! Убийство младенцев – вот где мой предел.
Рука Александра обхватила горло Рут.
- Отдай его. Наша миссия провалится, если ты не позволишь мне сделать то, что я должен сделать, - сказал он очень медленно, а затем рука Аннелок сжалась.
- Да пошел ты! - Рут поперхнулась и вытаращила глаза. - Ты такой же ужасный, как и все здесь! - Теперь она схватилась за нож священника, но когда давление на ее горле удвоилось, она потеряла сознание.
Она могла едва видеть, как Александр положил Демонического младенца на землю и...
- Ах ты, злобный ублюдок! - Выругалась Рут.
... вскрыл живот ребенка. Удивительно, но младенец не кричал, а просто продолжал издавать милые детские звуки.
Священник вытащил из желудка ребенка что-то размером и формой напоминающее банку из-под содовой. Потом он помог Рут подняться.
- Прости, что мне пришлось... сделать это, Рут, но ты не позволила мне объяснить.
- Ты только что выпотрошил ребенка, кусок дерьма!