- Грязные, да? - Некоторые из прошлых подвигов Рут проплыли перед ее мысленным взором. Дерьмо...
- Она демоническая нимфоманка – занимается сексом шестьдесят шесть раз в день, говорят.
- Срань господня. Это просто развратно.
- Но пойми, Рут. Вульгарисса намеренно заражает себя всеми существующими болезнями, передающимися половым путем. Из-за этой дряни ВИЧ, герпес и сифилис выглядят как ушибленный палец. Ее тело в значительной степени просто огромный мешок гноя, который ее оккультные хирурги держат в женственных очертаниях. Это ее хобби. Она заражает людей этой дрянью. Шестьдесят шесть раз в день.
У Рут несколько раз случались приступы гонореи и сифилиса. Она не хотела знать, какие у них тут болезни.
Александр прошептал:
- Срань госп...
- Ты чуть не сказал "срань господня"!
- Я знаю, но это серьезно, Рут. Видишь вон ту паровую коляску? А эти солдаты в Гнилых доспехах?
Рут увидела их на заплесневелом перекрестке, бордюры которого превратились в корыта гнили.
- Да? Разве это проблема?
- Может быть. Эта коляска – личный экипаж Вульгариссы. Просто иди нормально.
Рут покачала головой. Иди нормально, говорит он. С торсом на спине в Аду...
- Ничего не говори и не смотри на них. Просто пройди мимо, как будто не видела их, - предупредил священник. - Здесь что-то не так.
- Я скажу, что не так. Мы в городе, построенном из гнили.
- Я имею в виду, что Новобранцев больше, чем обычно, - сказал Александр, наблюдая, как демонические солдаты рыщут по крышам и балконам. - И некоторые из них не в Гнилостных Доспехах – это значит, что их вызвали из других Округов. А Вульгарисса никогда не выходит в это время ночи. Это почти как...
- Они кого-то ищут?
- Ш-ш-ш! Просто пройди мимо.
Рут рванулась вперед. Годы мошенничества и мелкого воровства научили ее действовать незаметно, но таинственная тревога священника заставляла ее нервничать.
- И не нервничай, - добавил Александр. - У них есть Призматические Завесы.
"Какого хрена!" - подумала она.
Она миновала большое куполообразное строение, покрытое гнилью. Это было похоже на церковь, но потом она прочитала вывеску:
АББАТСТВО КАТЕТЕРИЗАЦИИ СВЯТОЙ БАТОРИ - ПРИСОЕДИНЯЙТЕСЬ К АББАТИСЕ ДЖОЙСЕЛИН ДЛЯ ЧЕРНОЙ МЕССЫ И ГЕНИТАЛЬНЫХ ПЫТОК.
Рут только снова покачала головой, но потом, проходя мимо канализационной решетки, полной умоляющих, перекошенных лиц, она с ужасом услышала хлюпающий звук о ее шлепанцы. Веди себя спокойно, подумала она. Не испорти все.
Она начала пересекать перекресток, прямо перед паровой машиной и взводом солдат в шлемах.
Рут показалось, что из окна кареты высунулась бледная блестящая фигура. "Это она! - догадалась она. - И она смотрит сквозь... вуаль..." Это было похоже на вуаль, которую женщины надевали на похоронах, которая только закрывала их глаза, только эта сверкала яркими, стеклянными цветами.
Как призма...
Затем на перекрестке послышалось влажное полоскание.
- Остановите их. Обыщите.
Черт, подумала Рут.
- Вы двое! Остановитесь во имя Великой Княгини Вульгариссы.
Подошли трое Солдат-Гнилушек, их доспехи напоминали губки, испачканные уборщицами. Их шлемы тоже были всего лишь сгустками гнили с прорезью, сквозь которую можно было видеть. Вместо мечей у них были большие ржавые багры.
- Изложи свое дело, - потребовал старший солдат.
Все, что Рут могла сделать, это просто смотреть на него.
- О, здравствуйте, сэр. Мы просто, знаете ли, прогуливались по городу.
Он шагнул ближе и приставил острие крюка прямо к ее обнаженному пупку.
- Похоже, что так. Почему же тогда ваша аура указывала на уклонение, если посмотреть через Оккультный сенсор?
Что, черт возьми, это значит? Она догадалась, что это означало, что они выглядели подозрительно.
- О да, сэр, видите ли, мой друг сказал мне, что коляска принадлежит Вульгариссе.
Крюк повернулся и прижался к груди. Один поворот, и она будет проколота.
- А почему это должно тебя нервировать?
Рут изо всех сил старалась не дрожать.
- Потому что, видите ли, все знают, что Вульгарисса – очень важная персона, одна из самых важных во всем Аду, и, ну, я нервничала, потому что никогда не была так близко к кому-то столь великому и важному, сэр.
Раздался щелчок, и краем глаза Рут увидела, как из коляски вылезает человек. Затем мягкий, влажный голос произнес: