Маленькая княжна к концу первой же недели бескровной диеты порадовала значительным упадком своих магических сил и стабилизировавшимся фоном, что, однако, не мешало ей наворачивать молочную кашу до треска за ушами и пользовать эмоции окружающих в своё удовольствие. Всё реже хранители просыпались в сознании своей наследницы, чтобы брякнуть грозным басом и обязательно матерное замечание, за что я им была безмерно благодарна, ибо если объяснить странный цвет глаз и мелкие клычки девочки удалось, приписав ей безумно близкую родственную связь с тёмными эльфами, то сомневаюсь в своих силах убедить окружающих, что это истина молвит устами младенца. Хотя было что-то такое заманчивое в словах последнего древнего, который после пробуждения обругал всё что было доступно глазу и потребовал прикатить бочонок «гномьего пойла», дабы напиться и не осознавать себя сопливой мелкотой пускающей газики. Разумеется никто и не подумал выполнять этот смехотворный приказ, во-первых, аристократка с младенчества потребляющая крепкие напитки это моветон, а, во-вторых, я и сама была бы не против опрокинуть рюмку другую исключительно в профилактических целях. Но, увы! Боюсь пьяной дурман не самый лучший помощник в моём деле. В общем, кому-кому, а княжне грех было жаловаться. К тому же она заполучила в единоличное пользование пушистого прислужника, который самоотверженно позволял делать со своей мохнатой рожей всё что заблагорассудится малявке, начиная от выдёргивания усов и заканчивая катанием на своей широкой спине пока никто из непросвещённых не видит.
Фокс разве что не молился на свою новую хозяйку, принеся той все мысленные и не мысленные клятвы, которые ему были известны в первую же ночь посещения маленькой княжны. С другой стороны я поглядела бы как он отказывался от служения девчонке, когда рядом подпирает потолок рогами разъярённое чудовище и угрожает всяческими расправами и травмами несовместимыми с жизнью. Впрочем, кот из Пекла действительно был рад оказаться в услужении у госпожи, потому как даже простая близость к высшему демону делала его сильнее, а уж кровь Еволиона, пожертвованная котику на восстановление былых сил, и подавно свершила с ним удивительные метаморфозы. Если ранее Фокс был просто неприлично большим рыжим котом, то теперь пост хранителя академической библиотеки занимает черная огромная образина, к числу недостатков которой прибавилось устрашающее обжорство. Зато теперь наверняка никому из недобросовестных адептов не придёт в голову крамольная мысль рисовать непотребные картинки на страницах учебников или, не приведи боги, задержать со сдачей особо ценных учебных пособий, а не то придёт Хранитель Фокс, а вместе с ним и кердык злостному нарушителю правил. Я же, глядя на обеденные порции котика, тихо радовалась тому, что кровь получил он от Еволиона, потому как страшно представить его вид, добудь он хоть каплю крови наследницы Тринадцатого домена. А ещё радовалась короткой памяти кота, позабывшего как он получил по шкуре от одной человечки.
Лишь однажды демоническому заговору в стенах Студенческого городка едва не настал конец, когда пришли готовые именные грамоты на Еволиона и его подопечную. К своему новому имени написанному замагиченным пером на гербовой бумаге с оттиском печати миграционной службы Империи Еволион отнёсся спокойно. А вот с документами на девочку вышла заковыка: строка, где должно было красоваться имя, пустовала. Идею вписать первое попавшееся, но безусловно красивое, упрямо отверг демон. Под обескураженными взглядами господина Фарха и служки из миграционного отдела, который покорно дожидался пока демон определиться, чтобы внести имя в реестр, Еволион сгрёб бумаги в свои ручища и, буркнув через плечо нечто невразумительное, покинул кабинет директора. Пришлось спешно извиняться перед мужчинами за своего невоспитанного родственника и мчаться следом за ним, с намереньем задать словесную трёпку и узнать какая срочность сорвала с места поганца. Но того и след простыл!