Возвращаюсь на кухню.
– Всё хорошо? – спрашивает подруга.
– Более чем.
– Вы так и не притронулись к торту, – подметила Лера, задержав на мне взгляд.
– Лёша не любит сладкое, – говорит за меня Таня. Ну прямо личный секретарь.
– Какая досада. А вот Алиса шоколадные торты обожает, – усмехнулась Лера.
Я посмотрел в сторону выхода. Что же ещё любит их Алиса? И что ей не нравится?
В любом случае меня это волновать не должно.
– Тань, когда уже по домам? – поинтересовался у подруги.
Было скучно. Мышка в норку спряталась, Лера не парила. А ведь я обещал другу, что жену его до конца вечера сопровожу.
– Ярик звонил, – выпалил я.
– Почему тебе, а не мне? – нахмурилась Таня.
– Откуда мне знать, сказал, чтобы ты не забыла к матери съездить, – сочинил я на ходу. Нужно было делать ноги. Если столкнусь с Богданом, то кровавой резни не избежать.
– Зачем мне к маме? – непонимающе спросила она.
– А я откуда знаю? – хмыкнул я, пряча руки в карманы джинсов.
– Блин, наверное, опять у неё давление подскочило. Лер, ничего, если я сейчас поеду? Получается, на чай с тортиком зашли, – она покосилась на меня. – А кое-кто и вовсе только на чай. Лёш, вызови мне такси.
Отлично. Пора сворачивать удочки. Чувствую себя вампиром: чем дольше я здесь, тем больше рискую загреметь за решётку. Ибо при встрече с Даном не уверен, что смогу сдержаться. Это раньше об меня можно было ноги вытирать и смеяться над неудачами.
Пока я набирал номер такси, Таня и Лера успели обсудить ещё кучу беременных проблем. Какого чёрта я вообще сюда приехал?
У меня совершенно не было желания говорить с Лерой. Я отвечал на вопросы по минимуму.
Пришло сообщение о прибытии машины.
– Пора, – прервал я беседу, и в коридоре хлопнула входная дверь. Твою мать! Я молился, лишь бы только не сегодня!
Сжав кулаки, я вышел из кухни и увидел его. Рожа, как и моя, не выглядела свежей. Уставший Богдан снимал ботинки. Я шагнул вперёд, и тут из комнаты выпорхнула Алиса. Не вовремя она.
– Богдан, а меня сегодня по уголовному праву похвалили! – гордо заявила она, демонстрируя свой университетский скилл.
Ну точно ещё ребёнок.
– Классно, а макароны когда варить научишься? – не упустил возможности подшутить над мелкой сестрой.
Если бы не она… Я бы уже вцепился в старого приятеля.
Богдан поднял взгляд. И наши глаза встретились. Какая роковая встреча! Прямо в логове врага. Алиса перевела взгляд на меня.
– Познакомьтесь, Алексей Игоревич - мой преподаватель по римскому праву, – с улыбкой произнесла Алиса.
– Что он здесь делает? – помрачнел Дан.
– Пойдём, Лёш, – выскочила Таня, схватив меня под руку. Дан посмотрел на беременную женщину и как-то облегчённо выдохнул. Очень очевидно с его стороны. Но Алиса этого не видит. А мужчины подобное замечают. Уголки моих губ тронула усмешка. Даже не поздоровается первым, гад!
– Ты сегодня рано, – выпорхнула из кухни Лера.
Сцена, как в тупом русском сериале. Комично и до абсурда глупо.
Молча подошёл к своим берцам и начал шнуровать.
– Да, отпустили нас пораньше, всё успели в срок, – ответил Богдан. Лера, не стесняясь, чмокнула его в щеку. Раньше бы я бился в конвульсиях от ревности, но не сейчас. Когда в планах эта девчонка, исподтишка наблюдающая за мной.
– Предлагаю как-нибудь собраться у нас, – Таня обняла на прощание свою новую подругу, первая покинула квартиру, и прежде чем выйти из дома, я остановился возле молодой девчушки.
– Пока, Алиса, – попрощался с ней, не отводя взгляда. А она застенчиво прятала глаза.
Забавно!
Глупая девчонка, легко мне сдастся.
Чувствую, что много усилий прилагать не придётся.
Представляю рожу Дана, когда узнает, что я сделаю с его милой сестрёнкой.
Усаживаю Таню в такси, а сам прыгаю на свой байк. Еду в ближайший алкомаркет и покупаю бутылку виски.
Мефистофель встречает меня в коридоре с голодными глазами, но я на них не ведусь. Ветеринар ему прописал строжайшую диету.
Располагаюсь в зале, наливаю тёмную жидкость в стакан и пытаюсь найти профиль своей маленькой жертвы в интернете. Искал у Дана, у Леры, даже у её подруги. Лиса соцсети не вела. В наше время это редкость. Братик не разрешает что ли?
Я присвистнул тихо, почти беззвучно, и взгляд скользнул к фотографии Леры. Поднял её, коснулся краем пламени зажигалки. Бумага задрожала, сморщилась, и огонь пополз, пожирая лицо. Больше нет смысла хранить эти обломки прошлого, весь этот хлам воспоминаний. Мефистофель, словно чувствуя перемену, запрыгнул на колени, требуя ласки. Я машинально погладил его, а сам смотрел на чёрную виолончель, прислоненную к стене. Бровь невольно дернулась. Вот от этого дерьма, похоже, никогда не смогу избавиться...