Демон Саддэр воспользовался этим замешательством. Раскрутившись на шесте прыгнул прямо на ангела. Когда тот обернулся, то было поздно. Демон в прыжке перехватил своей левой рукой его ведущую руку с копьём, а мечом проткнул его в грудь. Так палач упал, а на нём восседал демон с оскаленными в ярости чёрными зубами. Это произвело впечатление на троицу. Перед ними, на подиуме, только что был убит ангел. Теперь они уже настороженно смотрели на демона. Саддэр пинком скинул с подиума бездыханный труп убитого противника. Медленным шагом он приближался к ним. Они были сильными демонами, он это чувствовал и старался рассмотреть как следует каждого из тройки. Первым тишину решил нарушить Валентино. Это было логичным, если учесть что он является здесь хозяином.
— Что это всё значит, демон?
— Сражайся или прячься. Всё просто.
— Сражаться с ангелами, пфф… Я ещё не свихнулся. В такие игры я не собираюсь играть! И кто ты такой? Я не приглашал тебя, как гостя. Откуда ты взялся здесь?
— Не собираюсь отвечать каждой букашке. Раз не можете помочь — тогда проваливайте, бесполезный трусливый сброд, но запомните как следует. Если сбежите сейчас от них — от меня вам не уйти.
Он пророкотал хрипящим от злости голосом. С презрением он воззирал на тех, кто был выше него. От незнакомого демона это выглядело, как вызов вышестоящим по ступеням иерархии оверлордам. Убитый им ангел и внешний вид: перемазанный кровью с головы до ног; говорили о его силах лучше всего.
— Ты смеешь угрожать мне, ничтожество?! Я вырву твой…
Саддэр резко взмахнул мечом, одновременно с рывком оказался напротив четырёхрукого. Синяя вспышка перед глазами демона и вот он уже оказался отброшен назад. Над ним навис второй, красноглазый. По его руке прошла голубая искра. Этот грешник заговорил очень непривычным для демона голосом.
— Это ты привёл их к нам. Убил одного из них, что ещё хуже, мстить за него придут десятки. За это ты будешь страдать.
Первый с хищной улыбкой посмотрел на серьёзного второго, затем сощурив глаза перевёл всё своё внимание на вторженца и из рта оверлорда начал выходить розово-малиновый дым. Демон выставил меч лезвием вниз. К бою он был готов и только сделал шаг, как к ним ворвались четверо палачей и набросились в атаку. Саддэр сразу же набросился на них и столкнулся в схватке с двумя, в то время как грешникам досталось по противнику. Один из них тут же упал от удара синей искрящей молнии грешника. Другого сковал розовый дым по рукам и ногам и всё, что сделал четырёхрукий — выстрелил прямо в голову. Это было быстро и действенно. Даже Саддэр понимал насколько они могли быть для него непростыми противниками.
— Теперь я займусь тобой!
— Неподходящий момент, Ви.
Голос наконец подала грешница в платье, всё это время беззаботно лежавшая на диване.
— Сюда могут привалить ещё. Давай пока, что отступим, а то мне умирать уж о-о-очень не хочется. М?
Ви переглянулся с ней и вторым грешником, который вопросительно на него взглянул, но не стал спорить.
— Хорошо. Хорошо… Но я до тебя ещё доберусь, демон! Когда я это сделаю — ты пожалеешь, что попался мне на глаза!
Всю троицу окутал густой розовый дым, который выдохнул Ви и они растворились в нём. А Саддэр остался один на двоих палачей. Спустя несколько отскоков и парирований, палач всё же задел руку демона ниже кисти. Зазубренное остриё копья, разорвало плоть до кости. Боль от святого оружия в разы сильнее всей прочей, даже на демона привыкшего к такому это повлияло. Двое палачей действовало очень сплоченно и сражаться с ними было изнурительно, сложно и каждая ошибка могла стать смертельной. Такое было по душе демону и от подобного сражения он ликовал. Отбив выпад копья он встал так, чтобы оба палача попадали в поле зрения. Один из них тут же взлетел и метнулся, как орёл на добычу и в то же время второй с рыком оказался напротив демона. Двойная атака: даже если и увернуться от одного, то второй достанет. Демон выпустил из руки свой меч, а второй метнул нож точно в шею второго палача, затем схватился за рукояти их копий перед тем как они ударят по нему. Копьё второго поддалось легко и оно вошло прямо в бок его напарнику. Оба палача рухнули истекая кровью, а над поверженными возвышался победитель.
— Ваши души, плоть и сила теперь мои. Погибель только начала вершится на вас, а день лишь начинается.