Вторая мысль победила, я сунула пистолет под подушку дивана в гостиной и побежала в коридор открыть дверь. Я распахнула ее перед носом у Вики, и, увидев меня, она невольно вздрогнула:
– Как ты меня напугала!
– Я увидела тебя в окно.
– А… понятно. Я шла, не зная, здесь ты или где-то еще? Я на дачу приехала и решила зайти. Ты вроде от меня прячешься?
– Ну что ты, Викусь! Просто у меня такой период… безумный. Тюрьма, освобождение, нервы, стресс… Да еще час тому назад сюда какие-то бандиты нагрянули. Решили проведать, как я тут живу!
– У тебя порез на шее, – машинально сказала Вика.
– Да, это один из них меня отметил – на прощанье. Проходи, что ты стоишь…
Вика шагнула в холл, повесила курточку на вешалку и повернулась ко мне.
– Пошли в кухню кофе попьем, – предложила я. – Может, тебе какую-нибудь еду сварганить? Феликс, кстати, классно готовит, пальчики оближешь! Это его конек.
– Да? – как-то безучастно откликнулась Вика. – Я, вообще-то, не голодная.
– Не хочешь, не надо. – Мне стало как-то спокойнее: моя Викуся – рядом со мной. Пусть она и лезет поучать меня по каждому поводу, но сейчас я была готова простить ей все. Или почти все.
Мы прошли в гостиную, телевизор по-прежнему орал. Я выключила его и рассказала Вике о бандитах, после чего мне стало немного легче.
– Я сразу кинулась звонить Феликсу, и он обещал приехать.
– Когда?
– Да прямо сейчас.
– Cлушай! – в голосе Вики зазвенела решимость, и она отодвинула чашку. В такие минуты я называла ее Дианой-воительницей: подбородок выпячен вперед, глаза горят лихорадочным блеском, зубы стиснуты.
– Ну-ну! Видела бы ты себя сейчас, – не удержалась я. – Тебе бы перед депутатами в Госдуме выступать – по поводу национализации собственности наших олигархов! Сейчас ты примешься метать в меня громы и молнии?
– Таш! Мне не до шуток. Я пришла сказать тебе кое-что о Феликсе. Он не тот человек, за кого себя выдает. Я тебя уже предупреждала насчет него, но ты пропустила мои слова мимо ушей, сочла их элементарной брехней.
– Ну что ты такое мелешь? – не на шутку рассердилась я. – Ты рискуешь капитально поссориться со мной, если не прекратишь нападать на Феликса.
– Ты в состоянии сначала выслушать меня, а потом делать выводы? Именно в таком порядке, а не наоборот!
Я откинулась в кресле.
– Ну-ну. Давай! Я тебя очень внимательно слушаю. Можно сказать: вся внимание. Колись, что ты там знаешь?
– Одну минуту… Сейчас, сперва в туалет сбегаю. Где он тут?
– По коридору, прямо и направо. Не ошибешься.
Я вновь откидываюсь в кресле, понимая, что мне ужасно хочется, чтобы Вика ничего не рассказывала. Я вдруг осознала, что не переживу никакой правды о Феликсе! Я не выдержу этого! Лучше пусть она не начинает! Но Вика – такая. Если что-то ей втемяшится в голову – пиши пропало: она попрет, как танк, напролом, ни с кем и ни с чем не считаясь.
Меня заколотила настоящая лихорадка, я обхватила себя руками, пытаясь унять эту противную дрожь, но безуспешно. В таком состоянии меня и застала Вика. Она села в кресло, закинула ногу на ногу и пристально посмотрела на меня:
– Помнишь строительную компанию, где я работала и где мне дали участок?
– Ну?
– По бизнесу она пересекалась со своими компаньонами из Швеции: они собирались строить у нас типовые дома-коттеджи из наших материалов, но по своей технологии.
– О чем-то подобном ты мне говорила… Но это было давно, и потом: каким боком те дела имеют отношение к сегодняшнему дню?
– Подожди, не перебивай меня. Этим бизнесом в то время занимался отец Феликса. Он тебе, кстати, сказал, что его отец – бизнесмен?
– Ну.
– Что ты заладила – «ну» да «ну»! Других слов, что ли, у тебя нет?
– Представь себе, нет. Но ты говори, ты… дальше говори. Я слушаю.
– Так вот. Он, пользуясь своими старыми мидовскими связями, выбил участки земли в области под эти коттеджи. Местная власть выделила деньги на этот проект. А потом бо?льшая часть денег исчезла с банковского счета, было серьезное разбирательство. Но концов не нашли. Подставные фирмы, неуплаты налогов, то есть классический случай «увода» денег. Шведские партнеры вроде бы тоже участвовали в этом проекте. Компания разорилась и ликвидировалась, а его отец набил свои карманы бабками. Это был его проект! В той компании нам и дали эти участки, где сейчас стоят дачи. Так вот, я подхожу к главному… – Вика сделала паузу. – …Берн тоже участвовал во всем этом! Через несколько лет какие-то детали этого дела, очевидно, стали всплывать, и Берн решил потребовать свою долю. А чтобы заткнуть ему рот, отцу Феликса понадобился компромат на него. И они придумали эту схему.