Какой тогда смысл делать работу, если ты изначально нацелился на то, чтобы сделать минимум, и всё?
Глянул на висящие на стене часы. Уже половина шестого. Пора бы уже собираться в дорогу. Мне ещё домой ехать.
Попрощавшись с Софией и вновь клятвенно заверив её, что буду вести себя хорошо, вышел из корпуса и направился к зданию, где находилась моя аудитория, чтобы забрать оставленные там вещи. А пока шёл, всеми силами пытался не думать о том, как меня бесит эта ситуация.
На меня пожаловались. Пожаловались! Вот ведь мелкие паршивцы… Хотя с какой-то стороны это даже лестно. Значит, задел. Значит, запомнили и…
Войдя в здание, где находилась моя аудитория, направился к лестнице. Но до конца так и не поднялся. Резко остановился между вторым и третьим этажами. Развернулся и, быстро сориентировавшись, пошёл по коридору третьего. Уж больно интересные и, что главное, знакомые эмоции я почувствовал.
Идти далеко не пришлось. Нужная мне аудитория находилась совсем рядом. Приоткрыв дверь, я тут же услышал так хорошо знакомый мне голос.
— … в ходе разбирательства мы неоднократно подчеркивали: действия моего клиента полностью соответствуют статьям Гражданского кодекса Империи, регулирующего случаи добросовестного использования программного обеспечения. Экспертиза подтвердила, что спорный продукт был установлен в образовательных целях, а не для извлечения коммерческой выгоды…
— Протестую, ваша честь! — вскочил со своего стула высокий парень с лохматой шевелюрой. — Мы категорически не согласны с утверждением защиты, что программа использовалась в образовательных целях. У адвоката ответчика нет никаких документов, подтверждающих использование программного обеспечения именно в учебном процессе. Вообще ничего! Они не были представлены. Более того, я хочу обратить внимание, что возможность коммерческой эксплуатации, имеющая весьма большую вероятность, полностью игнорируется защитой! Мы считаем, что это попытка искусственно легализовать нарушение авторских прав!
Понятно. Игровой суд. Я осторожно протиснулся с краю от общей толпы людей, что наблюдала за процессом, и вышел сбоку аудитории, откуда очень хорошо было видно расчищенное для «представления» пространство.
Стоящая перед столами Анастасия Лазарева коротко улыбнулась, и я заметил хорошо знакомый мне огонёк триумфа в её глазах.
— Ваше возмущение, конечно, очень красноречиво, но, к сожалению, лишено юридического смысла, — даже не пытаясь скрыть снисходительную иронию в голосе, проговорила она. — Во-первых, мой клиент предоставил показания сотрудников и расписки об использовании программы исключительно для обучения персонала работе с данным софтом. Во-вторых, не могу не заметить, что истец так и не представил ни одного доказательства, что программа использовалась иным образом. Если ваши претензии основаны лишь на предположениях, то, как говорится в судебной практике, бремя доказывания лежит на стороне истца.
Я прекрасно ощущал растерянность парня. Он ещё не понял, что сам себя загнал в ловушку, потребовав доказательства сверх той меры, которая требовалась ему на самом деле. И сейчас судорожно пытался придумать вариант, при котором…
— Ваша честь! — вскрикнул он, повернувшись в сторону явно скучающего за широким столом преподавателя. Тот уже прекрасно понимал, к чему идёт это дело. — Защита же должна доказать, что…
— Защита ничего и никому не должна, — отрезала Анастасия твёрдым как сталь голосом. — Вы обвинили моего клиента в том, чего он не совершал. Более того, не могу не отметить, что ваш клиент так и не соизволил представить доказательств причинно-следственной связи между действиями моего клиента и заявленным ущербом в размере… сколько там? Пятнадцать миллионов рублей? Вам самим-то не смешно? Что это? Глупая попытка нажиться на человеке и ничего более!
Признаюсь, мне даже стало интересно, как именно она закончит происходящее. По идее, чтобы её слова выстрелили, ей потребуется… О! Вот и оно!
— Но раз уж вы так требуете, то прошу вас, — хищно улыбнулась Лазарева и размеренным шагом прошла к своему столу.
Взяв с него папку, она помахала ею, после чего повернулась к сидящему за столом преподавателю.
— Игорь Валентинович, позволите? — едва ли не елейно произнесла она.
— Что у вас, Лазарева? — без особого энтузиазма поинтересовался препод.
— Здесь отчёты о доходах фирмы моего клиента, а также полный список свидетельских показаний со стороны других руководителей фирмы и её сотрудников. В дополнение к ним также имеются счета и акты о выполнении работ. А, как вам известно, если компания выполняла услуги или же товары, связанные с программным обеспечением, их отсутствие в документации подтвердит, что предмет спора не использовался в коммерческих целях…