Рахманов, не говоря ни слова, выбрался из машины на улицу. Меньшиков помедлил секунду и вылез следом, бросив взгляд в сторону конца улицы. Если он не ошибался, то его люди из группы быстрого реагирования сейчас находились там, готовые при любой необходимости вмешаться.
Даже «Саламандры», сколько бы надежды на них ни было, вряд ли смогут справиться. В лучшем случае задержать и выиграть время для самого Меньшикова. Даже улучшенные с помощью альфарской магии и алхимии люди вряд ли смогут долго выдержать то безумное пекло, которое был способен создать этот маньяк. Да и находиться в сознании они могли пока сравнительно недолго.
Повернув голову, Николай посмотрел вслед Рахманову. Александр шёл рядом с Браницким и негромко с ним что-то обсуждал. При этом говорили они так, словно были старыми приятелями, а не пытались пристрелить друг друга двадцать минут назад.
Безумный мир…
Телефон во внутреннем кармане его пиджака завибрировал. Достав устройство, Меньшиков ответил на звонок.
— Да?
— Ваше высочество, это Вадим.
— Что-то случилось? — тут же насторожился князь, но следующие слова помощника тут же успокоили его.
— Нет, ваше высочество. Всё в порядке. Мы снимаем оцепление с «Рапсодии» и отбываем. Вам потребуется дополнительное прикрытие?
— Нет. Я сам здесь разберусь. Отправь «Саламандр» обратно в Слепой Дом. Пусть их уложат в спячку, пока они не спеклись.
— Будет исполнено.
По его голосу Меньшиков понял, что есть что-то ещё, о чём, очевидно, его личный помощник не знает, как сообщить.
— Вадим? У тебя есть ещё что-то?
— Я не уверен…
— Докладывай.
— Мы осмотрели револьвер. Тот, который был в руках у Рахманова и который вы потом забрали у его сиятельства…
— И?
— Он был заряжен, ваше высочество. Но капсюль патрона… такое ощущение, будто что-то выжгло его изнутри, но каким-то образом сдержало термическую реакцию, не позволив воспламенить порох в патроне. Патрон не выстрелил бы в любом случае.
Меньшиков удивлённо моргнул. Он отчётливо помнил, как Рахманов нажал на курок, направив пистолет себе в голову. Могло ли быть…
До него дошло не сразу. Потребовалось почти четыре с половиной секунды, чтобы осознание ситуации открылось перед ним, словно книга. А вместе с тем пришло понимание того факта, что либо Рахманов такой же сумасшедший, как и его отец, либо же он может быть настолько опасен, что куда лучше будет вернуться к тому плану, от которого князь отказался полтора месяца назад. Плана, который подразумевал устранение проблемы до того, как она получит большую вероятность превратиться в катастрофу.
Потому что если всё случилось именно так, как он думал, то Александр Разумовский только что заставил самого азартного игрока в мире намеренно проиграть в его же собственной игре…
Глава 13
С мелодичным «дзынь» лифт остановился на нужном этаже. Семьдесят третьем. И опять. Снова это мерзкое зудящее чувство дежавю. Только в прошлый раз я был здесь с Ларом и находящейся в ужасном состоянии Лизой — клиенткой по делу с приютом.
Сейчас же пришёл прямо вместе с хозяином.
Двери лифта открылись, и я вновь увидел его. Длинный бежевый коридор с бежевыми стенами. Вдоль стен шли абсолютно одинаковые на вид двери без каких-либо номеров и табличек.
Браницкий повернулся и посмотрел на Меньшикова.
— Только не делай вид, будто ты не в курсе, ладно? — попросил он князя.
— А что? — с лёгкой полуулыбкой поинтересовался Меньшиков. — Будешь думать обо мне хуже?
— Хуже, чем есть, Коленька, я о тебе думать уже чисто физически не смогу, — беззлобно фыркнул граф. — Ладно, пошли. Чего время тратить-то?
И первым же направился по коридору, проходя мимо закрытых дверей. Догнав его, я решил немного утолить своё любопытство.
— Значит, каждая из этих дверей…
— В теории, да, — кивнул он. — Каждая должна быть отдельным порталом, связывающим это здание с другими моими… владениями, так сказать. Но пока что работают только три. О, вот, кстати, нужная нам.
Он сделал ещё пару шагов и подошёл к одной из дверей. На вид точно такой же, как все остальные и только один дьявол знает, как он вообще тут ориентируется. Браницкий со спокойным выражением на лице повернул ручку и открыл дверь.
Стоило ему это сделать, как в лицо нам ударил порыв свежего и морозного воздуха. Диссонанс с тёплой и спокойной атмосферой внутри коридора был настолько разительным, что я на пару секунд даже растерялся.
Тем не менее, даже прикрывая лицо от летящих в него крошечных снежинок, я узнал это место. Хватило одного лишь открывшегося с террасы передо мной вида на заснеженные верхушки Альпов, которые хорошо были видны вдали.