Мир вокруг нас потонул в болезненном крике.
Я сначала даже собственным глазам не поверил. Будто тень одного из стеллажей изогнулась и вытянулась. Настолько, что каким-то невероятным образом бестелесное чёрное пятно смогло дотянуться до своей цели.
Широкая, едва ли не в полметра шириной зубастая пасть сомкнула свои клыки и оторвала старшему брату руку по самый локоть.
На целую секунду повисла глубокая тишина, нарушаемая лишь смехом Даниила и криком его брата.
— Убейте их! Убейте их всех! — вопил от боли Артём. — Прикончите его!
Пространство огромного склада утонуло в криках, пропитанных болью, воплях и грохоте стрельбы. Охранники Артёма и непонятно откуда взявшиеся у Даниила головорезы начали палить друг в друга без разбора, наполняя воздух запахом пороха.
А я не стал стоять на месте. Едва только началась пальба, воспользовался тем, что на меня банально перестали обращать внимание, и бросился в сторону. Туда, где на полу лежала сжавшись в комок, сестра.
— Ксюш, вставай, — приказал я ей, поднимая на ноги.
Она что-то замычала, но я даже не слушал. Не до того было. Ухватив её за плечи, утащил в сторону, пригибая ей голову. Затянул следом за собой в проход между двумя стеллажами. Одна из пуль ударила в металлическую стойку около меня, и щёку обожгло болью, когда её задели острые осколки металла.
Тихо ругаясь сквозь зубы, быстро повёл сестру ещё дальше, стараясь держаться за её спиной. Если что, хотя бы сначала попадут в меня, а не в неё.
— Так, подожди, сейчас, — остановился на пару секунд и, повернув её к себе, подцепил пальцами край клейкой ленты. — Потерпи.
Резко сорвал, вызвав негромкий вскрик, но затем…
— Саша! Саша, он…
— Да, я знаю, — перебил я её. — Провернись, покажи руки.
Какая-то хрень вроде толстых кабельных стяжек. Фиг порвёшь… я мысленно обругал себя за тупость. Отвёл руку в сторону и коснулся большим пальцем кольца. В ладони появился клинок.
— Не шевелись, — попросил и, когда она замерла, осторожно перерезал краем лезвия сковывающие её руки путы, при этом не забывая, что мне сказал Роман. Лезвие режет всё что угодно, а поранить Ксюшу я не хотел.
Едва только её руки оказались свободны, как она бросилась мне на шею, что-то бормоча в ухо. Я едва успел развеять клинок, чтобы тот её не задел. Между стеллажами, где мы стояли, было слишком узко, чтобы так вот просто ходить с такой штукой.
— Саша, зачем… зачем ты пришёл, — бормотала она, заливая мне щёку и шею своими слезами. — Идиот, он бы убил тебя, дурак…
— Успокойся, Ксюш, всё хорошо. — Я с трудом смог оторвать её от себя. — Но всё потом. Сейчас надо уйти отсюда. Ты поняла⁈
— Д… да. — Она вытерла лицо и вздрогнула, когда до нас докатился новый гром выстрелов.
— Хорошо, тогда иди за мной.
Топографическим кретинизмом я не страдал, так что хорошо помнил, где именно находился выход. Главное теперь — добраться до него так, чтобы по пути не нарваться ни на кого из…
Я резко остановился, когда под крышей склада разнесся настолько громкий вопль, что перекрыл собой даже грохочущие хлопки пистолетной стрельбы. Затем ещё один. Снова леденящие кровь крики. Я прислушивался, пытаясь понять, что именно происходило. Вслушивался в эти вопли. Стрельба стала куда более беспорядочной. Панической. Напуганной. Она сопровождалась возгласами и криками. Даже не человеческими. Так могли кричать лишь животные, которых безжалостно забивали на мясо.
Нахер все это!
— За мной, — тихо позвал я сестру. Ксюша была бледна, как смерть, и вздрагивала от каждого услышанного вопля.
Взяв сестру за руку, потянул её за собой, мысленно пытаясь придать ей хоть какой-то уверенности и стараясь не обращать внимания на практически панические волны страха, что сейчас исходили от неё. Любая другая девушка уже билась бы в истерике, а она продолжала держаться, до крови кусая губы.
Мы успели пройти большую часть пути до двери. Если я не ошибаюсь, то она должна была быть за следующем штабелем контейнеров. Нужно только выйти из этого проклятого леса стеллажей, что мы и сделали.
Когда до заветной двери оставалось не больше нескольких метров, я вдруг замер. Понял, что уже не слышу ни воплей, ни звуков стрельбы. Вообще ничего.
— С… Саша, что…
— Тихо, — шикнул я на сестру.
Глубоко вздохнул и прислушался. Не к звукам. К эмоциям. Здесь всё ещё были живые люди. Трое как минимум. Напряжение. Возбуждение. Страх. Даже шок. Все эти эмоции смешивались в такой тесный клубок, что его было практически невозможно разделить на отдельные нити.
Но это не имело почти никакого значения по сравнению с тем, что сейчас источники этих эмоций медленно приближались прямо к нам.