Сбоку на стуле Артур, рядом с ним сонная Хельга. Уснувшую задолго после рассвета буквоежку подняли срочным звонком и в принудительно-добровольном порядке обязали прибыть в офис.
На повестке дня был срочный вопрос: «Кто такой Кирилл»?
— Он стопроцентный человек, — уже в десятый раз повторила Хельга, желающего только одного, чтобы её оставили в покое и дали возможность вернуться домой досыпать. — Ну, на него даже мой хрустальный шар не отреагировал! Не знаю, как объяснить всё случившееся и тем более, даже отдалённо не знаю, почему он так спокойно воспринял нас всех, но он, ещё раз повторяю! Человек.
— Подтверждаю, — кивнул Артур. — И первое, и второе. Когда мы познакомились, я его немного просканировал, и он вне всяких сомнений — человек. Так же, князь, он сказал правду. Его показания подтверждаются. Утром наш вампир на машине доехал до аэропорта и улетел в Москву, уже в одиннадцать часов он был в больнице. Он сказал правду про сестру, разве что не добавил, что та чудовищная авария была не случайной, и в ней погибли ещё и их родители. Девушку зовут Евгения, она фотограф местной центральной газеты. Отличный, между прочим, фотограф. Нам бы такого! А то как фотографии проявим, хоть за голову хватайся. Отвлёкся, простите.
Так вот, согласно последнему отчёту врачей, улучшений в состоянии Евгении не наблюдается. Девушка передвигается на инвалидной коляске. Полчаса назад по распоряжению ближайшего родственника Женю забрали в частную клинику. Что касается самого Кирилла, он после университета отработал год по специальности — историком в местном маленьком музее. Располагается в центре его городка. Потом правительство перестало выделять дотации, и музей сократил двух работников. Кирилл был одним из них.
Но в городке после этого он не остался. Прихватив диплом, переехал в Москву и на волне моды открыл собственное маленькое агентство по составлению родословных. После пары лёгких заданий, Кирилл получил заказ от Марии Гольской. Через полгода, Мария узнала о том, что у неё есть богатая тётка во Франции, и уехала к ней. Кирилл получил гонорар и известность в определённых кругах. После этого от клиентов у него не было отбоя, и он то и дело срывается из Москвы.
Он проехал всю Францию, Германию, Великобританию, Австрию. Был не раз в Испании и Италии, Португалии, Америке. Дважды вылетал в Африку и в Австралию. До того как с его семьёй случилась эта трагедия, он работал на какую-то иностранку, она хотела найти родственников в России, пропавших во время второй мировой войны. Сегодня он ликвидировал офис и своё предпринимательство, подал всюду соответствующие объявления. Ответил на телефонные звонки, сдал квартиру хозяйке и отправил последний багаж транспортной компанией. Одним словом, — подытожил Артур, — выглядит всё так, словно в Москву возвращаться он не собирается.
— Хорошо, будет легче его проверить. В квартире Ольги кордон не снимать. Пусть ждут гостя. Любого гостя. И подключите службу СМР, мы должны знать, кто её убил. Это раз. Второе, Хельга, судя по всему, ты Кириллу понравилась, и твоя задача — втереться к нему в доверие. Узнай всё, что сможешь. Артур, кто такой Велислав, из-за которого Кирилл начал опрашивать Ольгу, и где этот тип сейчас? Сумирэ, твоя задача — проверить парня. Может, он действительно маг и втёрся к нам в доверие с какой-то целью.
— Князь, — Хельга посмотрела на главу агентства. — Вы сейчас сломаете свою любимую ручку.
— Вот дерьмо! — отшвырнув в сторону ни в чём не повинный канцелярский предмет, Олег грозно поднялся с места, шагнул нервно к окну. — Не верю! Не верю я в то, что так ошибся в человеке!
За его спиной раздался тонкий вскрик Хельги, ахнула Сумирэ. Когда Олег повернулся, на столе сидел крупный чёрный ворон. Дождавшись, когда внимание князя обратится на него, ворон хлопнул крыльями и уронил на стол чёрную визитку с фиолетовыми буквами. Звякнули бубенчики, ворон пропал.
На обратной стороне визитки Адвоката мёртвых было всего три слова: «Это мой человек».
Глава 16. Нет тела — нет дела
Люди удивительные создания. Они искусны в миллионах, миллиардах вещах. Они рисуют удивительные картины, создают восхитительную музыку, готовят упоительно вкусные блюда, выводят новые виды растений и животных, преодолевают себя, собственные тела. Люди лечат тех, кто нуждаются в помощи: не только тело, но и душу. Впрочем, честным будет упомянуть и то, что с таким же успехом люди калечат себе подобных.
Вне всяких сомнений, есть то, в чем искусен человек. Кто-то может за ночь приготовить трёхэтажный торт, кто-то выткет покрывало, которым не побрезгует самый привередливый человек в мире. Кому-то под силу за ночь написать программу, а кто-то прочитает пять-шесть книг и запомнит каждое слово. И это тоже на свой лад талант.
Но есть одно, в чём талантлив каждый человек на земле — это ложь. Люди лгут виртуозно: одним фактом своего существования, своими словами, движениями тела, рук, ног, головы. Люди лгут в глаза, за глаза, они смеются и придумывают себе оправдания. Сколько всего сказано про ложь и древними, и классиками? Много, очень много, но количество лжи от этого не уменьшается.
Люди лгут другим и называют это «маленькая невинная ложь». Как может быть ложь быть невинной?! И тем более, маленькой? Безусловно, как-то может, но вот хорошо ли это? Впрочем, вопросы морали каждый решает сам для себя.
Но есть ещё одна категория лжи, которая куда более интересная, не только для окружающих, но ещё и для врачей, для психиатров, например, или психологов. Когда человек лжёт себе самому. Об этой лжи окружающие могут даже не догадываться, да и сама ложь может быть очень маленькой, почти незаметной. Кто-то просто придумает себе историю, девушки любят придумывать себе парней, а парни — девушек.
Идеальный мир, несуществующие друзья, поездки, книги, фильмы… Ложь себе — виртуозна, но иногда она защищает человеческую психику. Надо ли это как-то решать? Надо ли разрушать человеческую уверенность в этой лжи? Зависит от ситуации, но очень редко ложь идёт во благо человека…
— Проснулась? — первое, что услышала Женя, когда поняла, что мир вокруг остановился и больше не качается, был мужской голос, лишенный каких-либо эмоций. Так мог бы звучать голос робота, сухо, плоско.
Глаза открываться не хотели, но когда это желания собственного организма её останавливали?
Мир вокруг был тёмным, и девушке пришлось несколько минут слепо таращиться в эту темноту, показавшуюся на мгновение недружелюбной, чтоб осознать, что вокруг совсем не больничная палата, а знакомые с детства очертания родительской квартиры.
— Где я?
— Дома, — отозвался всё тот же голос. — Привыкла? Я немного открою шторы.
Женя кивнула, но её ответ здесь и сейчас, кажется, был мало кому интересен. Сквозь раскрытые шторы в комнату пали лучи света, не яркого — за окном было пасмурно. И судя по тому, как ныло ушибленное в детстве колено, будет дождь.
— Кирилл дома?
— Нет, человек ушёл. На работу. Вертелся вокруг тебя, переживал, но, в конце концов, мне удалось его отправить. Зонтик он взял, — в голосе незнакомца звякнули льдинки смеха.
— Вы знаете, что будет дождь?
— Я знаю намного больше, чем просто прогноз погоды.
Глаза снова привыкли к смене освещения, и Женька с жадным интересом начала рассматривать обладателя голоса. По виду — молод, лет двадцать, двадцать два, не больше. Но судя по глазам… Такие глаза могли бы принадлежать сфинксу. Журналист внутри взвыл, делая стойку, но щёлкнув внутреннему голосу по носу, девушка напомнила себе, что она больше не журналист. Поэтому нечего тут думать о глупостях.
Белый свитер, чёрные джинсы на бёдрах — вполне молодёжный вид. Косая ассиметричная чёлка, удивительные глаза с яркой радужкой и… очумительный маникюр. Длинные ногти (как у девушки, даже длиннее!) были покрашены в чёрный цвет, и каждый оканчивался маленьким бубенчиком.
— Вы кто? — спросила Женя тихо. Тыкать вот этому человеку ей не хотелось совершенно.
— Можешь называть меня Адвокат. Или как твой брат — Каин. И я не человек.