Впадать в истерику девушка не стала, покачала головой.
— Так не бывает. В мире есть только люди. Даже зелёные человечки, эти инопланетные гости — чушь и журналистские байки.
— О, да, ваша братия — весьма неприятная для знакомства категория. Итак, Женя, отложим философию. Чем быстрее ты поймёшь не головой, а сердцем, — длинный коготь коснулся до девичьего лба, тихо звякнули бубенчики. — Что я не человек, тем легче нам с тобой будет говорить.
— Говорить? О чём?
— О твоём здоровье и о твоём брате. Я бы предпочёл обратный порядок, но не получится.
— А что не так с моим здоровьем? — нахмурилась Женя, только сейчас осознав, что боли — не было. Всё было на месте, тело ныло, остатки синяков мешали нормально лежать, но при этом та выламывающая боль, которая её мучила, пропала. Совершенно! В никуда. Как же так?
— С ним всё так. С тобой не так. Но давай разбираться по порядку, чтобы к тому моменту, как твой брат вернётся домой, каждый из нас получил то, что нужно. Ты — обратно встала на ноги, ну а я получил ту информацию, которая меня интересует.
— Информация… о Кирилле?
— Да.
— Зачем?
— Нужно.
Женя задумалась, изучая Адвоката. Что-то в нём… было такое, что заставляло её верить ему на слово о его нечеловеческой природе. Что-то… едва уловимое, какой-то запах нечеловеческого мира, который ей был знаком.
— Ты пахнешь.
— Что? — изумился Каин.
— Ты пахнешь знакомо. Кирилл также пах, когда… когда потерял память.
— Кирилл терял память?! — вот теперь изумление было не лёгким, едва уловимым, а в голосе Адвоката было что-то более весомое и даже отчасти… злое?
— Да. На пятом курсе, — Женя села на кровати, даже не отметила это, привычно поправила под спиной подушку и взглянула на собеседника. — На пятом курсе была вся эта заварушка с его девушкой, которую он любил, её мужем будущим и ещё одним парнем. Славой. Тип мерзкий до безобразия, он, когда к нам пару раз приходил, я из кожи вон лезла, чтобы ему на глаза не попасться. Маме он тоже очень не нравился, но в нашей семье не принято запрещать кому-либо что-то делать или с кем-то видеться.
— Ты про то, что ходили слухи? А Кирилл с друзьями искали, кто их распускает?
— Да. Тогда Кирилл узнал лишнее, и Славка подстроил его падение.
— Так. Это слышал. Но про потерю памяти человек не сказал ни слова.
— Из памяти у него выпали те дни, что он провёл там, внизу, в катакомбах. Но более того, было кое-что ещё. Он забыл детство. Не всё. Но… — Женя помялась. — Несколько дней, определённых дней у него из памяти исчезли.
— Что за дни?
— Я не знаю точно. Я могу судить только по одному дню. Это было день рождение мамы, Кирилл с утра исчез, а вернулся с огромным букетом белых тюльпанов, которые нигде рядом у нас не растут. Сказал, что нашёл их в лесу. Но рядом, в ближайшем окружении — нет никакого леса, вообще. На все вопросы Кирилл отказался отвечать, просто улыбался. После этого он слёг с высокой температурой. Во сне он кого-то звал, говорил, что ему обязательно надо с кем-то встретиться. Таблетки не помогали. Мы не знали, что делать. А потом… — Женя замолчала. О том дне говорить было трудно. Потому что несколько раз казалось, что брат умрёт, что… ничего не поможет. — Мы вызвали скорую, но в те дни была эпидемия. Кириллу вкололи что-то жаропонижающее и оставили дома. Укол не помог. Он начал бредить. Мы уже не знали, что делать, мама плакала на кухне, папа пытался её успокоить, я сидела в своей комнате. За окном началась гроза. Ветер становился всё сильнее и сильнее, а потом в какой-то момент молния попала в берёзу, растущую у нас под окнами. Огромное дерево мгновенно и беззвучно завалилось и прямо на наши окна. Разбились стекла, мы бегали около окон, пытаясь их прикрыть, а в соседней комнате, там, где был Кирилл, что-то случилось. Когда мы прибежали в ту комнату, мы нашли лёд. Если ты мне не поверишь, то… я даже не удивлюсь. Мы никому никогда об этом не рассказывали. Кто бы нам поверил…
— Не отвлекайся, — сухо велел Каин.
Женя послушно кивнула, сделала глубокий вдох и продолжила:
— Лёд был везде, на окнах, на стенах, зеркале, на шкафу, потолке, полу… Ощущение складывалось такое, словно на одно мгновение комната была покрыта водой, а потом вода отхлынула, но на границах замёрзла. Это было страшно…
— Что с Кириллом было?
— Температура упала. Через два дня он уже здоровый бегал по двору с другими ребятами. Об этом случае он ничего не помнит.
— Таааак, — Каин поднялся со стула, начал расхаживать по комнате. Значит, он не помнит что-то о своём детстве.
— Да.
— Ещё? Странности в его поведении? Возможно, какие-то сны, видения?
— Кирилл никогда этого не рассказывал, — отрицательно покачала головой Женя. — Он всегда был достаточно скрытным ребёнком. Это я всегда и обо всём рассказывала родителям, в особенности папе. А вот Кир — нет. Так что, даже если что-то и было, это знает только он.
— Понятнее не стало, — вздохнул Каин. — А я надеялся с твоей помощью понять, почему человек увидел меня. Хотя согласно всем правилам, этого он не должен был видеть… А он увидел. Точнее то, вначале он увидел душу маленькой девочки, а уже потом пришёл ко мне, но всё равно, это ненормально. Совершенно. Так… Значит, без визита в те катакомбы, после которых он потерял свою память, обойтись не получится. Тогда давай займёмся тобой.
— А что мной заниматься? — испугалась Женя.
— Вот сейчас встанешь, и заниматься тобой не надо будет, — хмыкнул Каин, поднимая девушку на руки как пушинку и двинувшись с ней в соседнюю комнату, где было больше всего места.
— Самое главное, не бойся. Если будешь падать, я тебя поддержу, но болезни никакой нет. Всё что с тобой случилось, сидит у тебя только в голове занозой. На самом деле в той аварии ты совсем не пострадала, кто-то тебя защитил.
— Защитил меня? — удивилась Женя.
Каин кивнул, ставя девушку на ковёр и отходя сторону.
— Да. Кто-то из призрачного мира. Именно поэтому ты увидела Лэйлу, хотя и не должна была.
— Она…
— Привидение. Такое часто встречается в вашем мире, только привидений обычные люди не видят.
— А я увидела.
— Да, — кивнул Каин, садясь в кресло и наблюдая за Женей. Девушка осторожно оглядывалась по сторонам, неуверенно чувствуя себя на своих ногах. Сделала шаг в одну сторону, в другую и засмеялась.
Адвокат одобрительно кивнул. Его магия была почти незаметна, и его вмешательство в психику девушки не должно было потом ей аукнуться, но в любом случае жизнь обычного человека была ей теперь закрыта. Но…
И что-то подсказало Каину, что она от этого совсем не расстроится…
Кирилл двигался к офису СМР размашистым шагом. Лэйла в чёрном деловом костюме и солнечных очках двигалась вслед за ним, мурлыкая себе под нос что-то из попсовых мотивов не то восьмидесятых, не то девяностых годов. Выглядела женщина не только спокойно, но и была при этом доброжелательно-молчалива. С вопросами не лезла и молчала, что позволило Кириллу сделать вывод, что вчерашняя московская болтовня была не более чем средством отвлечения от чего-то.
Тащить Лэйлу с собой ему пришлось. Каин, на просьбу оставить её дома, ответил нет и показал на дверь.
Пришлось смириться, хотя мужчина не понимал, как он будет объяснять такое явление в офисе Князю. Впрочем, стоило задать вначале себе вопрос, а надо ли кому-то это?
У офиса было тихо, Хельга, кутаясь в шаль, увидела Кирилла первой, помахала ему рукой и улыбнулась.
— Доброе утро, господин вампир.
— Доброе утро, леди буквоежка, — улыбнулся мужчина в ответ. — А что вы на улице?
— Да, — махнула девушка, — спать хочу. Когда начинается работа, мы с Анжелой заняты по уши, поэтому некогда даже поспать. Вчера поспать не дали, вызвали в офис уточнять какую-то мелочёвку по сценарию. Сегодня вот особняки эти, и не поехать нельзя же!
— А почему?
— Ну… — Хельга замялась. — Мы когда сценарий окончательно подгоняем для артистов и выступающих, мы размечаем всё, все мелочи, чтобы им было удобнее ориентироваться. Плюс, надо точно знать, сколько комнат, в какой комнате что делать, какой тип обстановки есть, что надо доделывать, что надо…