— Да, пожалуйста! — кивнула женщина, поправляя у зеркала свой костюм.
Мужчина только устало рукой махнул. Точно, это что-то связанное исключительно с женской натурой. Как вчера, например, когда Лэйла не допив кофе, взвыла и помчалась прочь, с воплем «Каииин», до утра её не было, а вернувшись, она призналась, что Адвоката так и не нашла, хотя обыскала всё на Литейной.
Спрашивать, почему она так далеко умчалась, Кирилл тогда не стал, хотя, наверное, стоило.
— Прекрасная леди, — открыл он дверь. — Проследуете ли вы со мной на работу? Без вас мне никак не справиться!
— Ах! — Лэйла прижала руки к груди и спланировала вниз, опустилась около Кирилла, окинув его придирчивым взглядом, потом поправила складочку на рубашке и одобрительно кивнула: — Да. Так намного лучше. Мы идём!
И завертелось.
В особняке на этот раз было полно народа. По коридору бегали люди в самых разных костюмах, хотя точнее было бы сказать, по коридору бегали не люди, прикрытые словами о постоянном маскараде на территории офиса СМР.
Женька, окинув красочное безобразие придирчивым взглядом, полезла за фотоаппаратом.
— Женя?
Девушка дёрнула плечом.
— Ты иди на работу, иди, — махнула она рукой. — У меня ещё есть две минуты. Посмотрю, как эти ребята будут смотреться в объективе моей камеры. К тому же, какие фактуры и какой контраст!
— Лэйла, — Кирилл взглянул на женщину, проявившуюся рядом с его плечом. — Останься с ней, пожалуйста. В агентстве мне ничего точно не грозит. К тому же все точки над i мы расставили ещё вчера, так что… А за Женьку мне боязно что-то.
— Хорошо, — послушно улыбнулась Лэйла. — Только дай разрешение.
— Даю тебе своё разрешение удалиться от объекта привязки.
— Спасибо, — потянувшись, привидение оставило отпечаток светло-серебристой помады на щеке Кирилла, и двинулась к Женьке. Мужчина мазнул пальцами по щеке, озадаченно посмотрел на сухие кончики и двинулся на рабочее место.
В его кабинете стояла бутылка коньяка и записка от Олега.
«Только с утра дошло, что именно ты сделал. От меня «спасибо» и жди премию, а за Хельгу — коньяк».
Спрятав бутылку в сейф, Кирилл открыл первые папки, которые появились у него на столе. Декораторы уже успели составить свой собственный список, который был им нужен из материалов имеющих физическую составляющую.
К пятнадцатому наименованию в списке, мужчина только вздохнул, покосился на телефон и позвонил Сумирэ.
— Муши-муши? — тут же донеслось из трубки.
— Сумирэ-сан, это Кирилл.
— А, вампир-доно, — засмеялась женщина. — Что-то случилось?
— Нужен совет, Сумирэ-сан. Мне первый список положили на стол, в нём есть позиции, которые… не обоснованы с точки зрения текущих обстоятельств. Мне это просто вычеркнуть, или можно поговорить с кем-то из их отдела, чтобы отделить котлеты от мух?
— Как это? — озадачилась собеседница.
— Поговорка русская. Смысл в том, что в этом списке может оказаться нужное, что просто используется не по назначению. Ну, для меня.
— Это вот ты сейчас в качестве исключения спрашиваешь? И собираешься работать вплотную с отделом, или у тебя такая политика в общем?
— В общем, естественно.
— А… А… Ага. Хорошо, — после заминки на том конце, на мгновение словно пропала связь, потом вернулась. — Так, записывай, Кирилл-доно, внутренний номер семь — это отдел дизайнеров. Четыре — отдел компьютерщиков, им тоже бывает что-то нужно, и их заказы также теперь пойдут через тебя.
— Это ещё и компьютерную грамотность повышать надо? — загрустил Кирилл. — Ладно. В принципе, что-то я знаю, что-то помогут.
— Отдел двенадцать — фотографы.
— А такой отдел был?
— Да, есть и был. Но наши фотографы — это кошмар и караул, сейчас новую девочку взяли, Олег вокруг неё чуть ли не на цыпочках бегать готов. Говорит — талантище.
— Женя зовут?
— Точно. И фамилии у вас одинаковые, однофамильцы я подумала.
— Моя сестра.
Новая заминка, и по телефонному проводу словно растеклось изумление.
— А она-то почему?
— Тоже с Адвокатом познакомилась, — свалил всё Кирилл без зазрения совести на Каина. Он уже успел понять, что фигура Адвоката здесь крайняя, в том смысле, что говорить можно всё что угодно, всё равно поверят всему без исключения.
— Как?
— Он живёт у меня в квартире, — отмахнулся мужчина. — Так, дальше Сумирэ-сан? Ещё флористы, декораторы, портные, музыкальный отдел.
В трубке по-прежнему царило молчание.
— Сумирэ-сан? Сумирэ-сан! С вами всё в порядке?
— А… А… да… Насколько это возможно, когда вот так мимолётно сообщают нечто такое, от чего мороз по коже и под кожей продирает. В твоём доме живёт Адвокат мёртвых, а ты так спокойно об этом говоришь?!
— А что тут такого?
— Люди! — ахнула Сумирэ. — Никогда не устану вам удивляться.
— Вам?
— Я тоже не человек, вампир-доно. Но обо мне мы можем поговорить в другой раз. Декораторы — это двойка… Знаешь, я тебе свой список скопирую и скину по внутреннему факсу. Разбирайся пока с декораторами. Из них самый вменяемый… Макс, пожалуй. Вот звони ему, он пусть к тебе придёт.
— Хорошо. Спасибо, Сумирэ-сан.
— Обращайся, Кирилл-доно, в любое время.
Положив трубку, Кирилл снова скосил взгляд на список. Золотая парча, алый бархат, куча геля — зачем? Ни слова про декоративную паутину, ни слова про грим, изображающий кровь и прочее. Декораторы точно знают, что нужно делать? Или это из первой части — бала?
Прижав телефон плечом, Кирилл набрал номер и уже через пару минут в его кабинете появился один из декораторов — Макс. Стараясь не обращать внимание на короткие витые рожки, мужчина сосредоточился на списке и работа пошла.
А уже к концу рабочего дня прозвище «вампир» окончательно закрепилось за Киром. Кровь не пьёт — зато все нервы вытреплет.
На часах было уже шесть часов, и Кирилл думал, что в кабинете появится Женька, готовая возвращаться домой, или Лэйла с тем же сообщением, но вместо этого затрезвонил телефон Кирилла.
Голос, звучавший из трубки, был искажён, поэтому узнать его было невозможно. А потом, когда мужчина понял, что именно там говорят, он покрылся ледяным потом.
— Если хочешь увидеть свою сестру живой, приходи в старый город. Я буду ждать тебя в заброшенной крепости. Если скажешь кому-то — она умрёт, опоздаешь — она умрёт. У тебя два часа, чтобы сюда добраться. Советую поспешить и не искать ни у кого помощи. Не хотелось бы, чтобы кто-то вмешался в мою маленькую вендетту.
Кирилл никому не сказал ни слова. Хотя и отдавал себе отчёт в том, что это глупо, недальновидно. Но всё о чём он мог думать, так это о том, что Женьку кто-то похитил.
Машина мчалась по городу, нарушая все правила дорожного движения. Вслед сигналили, приложили пару раз матом, Кирилл не слушал, только торопил время: быстрее! Быстрее!
Развалины старой крепости словно выпрыгнули из-за поворота, устало смотрели на мир пустыми глазницами-бойницами. Из некогда цельной стены были выбиты куски алого кирпича, обвалились башенки и целые куски стен.
Под самой крепостью были огромные катакомбы. В годы великой отечественной войны именно они стали хорошим укрытием для партизан. До сих пор в этих подземных казематах находили то обрывки тканей, бумаг, то оставленные «подарки» ушедшей войны — оружие и взрывчатку. Да и в общем, пользовалась крепость очень дурной славой…
Идти туда Кириллу не хотелось. Но нужно было. На него надеялась Женька.
Железная дверь лишилась своего замка, да и засовы были сбыты, чтобы наверняка. Створки пронзительно заскрипели, когда мужчина потянул ручку на себя. По ту сторону была темнота, где-то из угла виден был серый свет — скорее всего, падающий из маленьких окошечек почти под потолком подвала.
Капала вода. Мерный стук водных капель действовал на нервы. Подсветив себе вокруг походным фонарём, который никогда не вытаскивал из багажника, мужчина двинулся внутрь. Шаги эхом доносились от стен, но нигде не было признака того, что здесь когда-то были люди.