— Ты мне очень нравишься. Ты очень красивый, я от тебя без ума. Я хочу доставить тебе удовольствие.
Он взялся пальцами за подбородок Дикона и, приподняв голову, нежно прижался губами к его губам. Дикон смотрел в лицо Фредди огромными зелеными глазами. Губы он подставил, но на поцелуй не ответил.
«Ничего, — подумал солист. — Все впереди».
Он откинул одеяло с груди Джона и принялся оглаживать его ладонями.
— Какой ты красивый, — бормотал Фредди. — Готов спорить, что у тебя еще никого не было. Я буду первым.
Он прибавил к движениям рук легкие поцелуи. Сердце у Джона совсем зашлось от стука. Фредди обнял его за шею и, уложив навзничь на подушки, начал целовать его лицо. Спустя некоторое время басист начал отвечать на поцелуи. Фредди тут же поспешил ободрить Джона:
— Ты классно целуешься, — заметил он. — Ты не бойся, потрогай меня.
Джон положил дрожащую руку солисту на бедро. Больше всего на свете он боялся, что тот заметит его страх. Впрочем, было бы странно, если бы Фредди этого не заметил. По телу Дикона то и дело волнами пробегала дрожь. Фредди лег на него. Он и Дикон были почти одинакового сложения и идеально подходили друг к другу.
Фредди это порадовало. Он любил гармонию. Руки солиста перебирали густые локоны Джона.
— Какой ты красивый. Хочешь поцеловать меня? Ну же, сделай это. Я тебя люблю.
Дикон, которого уже изрядно завели Фреддины ласки и прикосновения его горячего тела, потянулся губами к его лицу. Фредди елозил по нему, как угорь, прижимаясь к любовнику бедрами и животом.
«Ты у меня размякнешь, как миленький, — думал он. — Я тебя сегодня сделаю. Ах, какой мальчик. Как занятно будет потом об этом рассказывать». Он и в самом деле думал, что это его мимолетный каприз из тех, что бросали Фредди в объятия самых неожиданных людей.
Дикон, уже тяжело дыша, неумело, но требовательно и страстно целовал Фредди, его руки принялись шарить по спине солиста.
«Ну все, готов», — мелькнуло у того в голове.
Фредди легко соскользнул с Джона и улегся на живот. Он очень любил эти первые минуты любовной игры, когда партнеры стараются прикосновениями и ласками разжечь друг друга, и всегда испытывал острое возбуждение от прикосновений к своей спине.
— Ну-ка, — задыхающимся шепотом приказал он, — ляг на меня, не бойся. Мне это нравится.
Дикон быстро исполнил его приказание, обхватил Фредди руками и неловко ткнулся лицом ему в затылок.
Фредди закинул руку назад и принялся быстрыми сильными движениями ласкать его спину, одновременно все его тело пришло в волнообразное плавное движение. Вскоре Фредди почувствовал, что Джон совсем готов. Он стонал, поминутно роняя голову на подушки рядом с головой Фредди.
— Ну же, — прошептал ему солист, сам испытывая не меньшее возбуждение, — теперь давай-ка. Войди в меня.
К его удивлению, Дикон вполне справился с этим распоряжением. По некоторым признакам Фредди понял, что до него у Джона не было еще ни девушки, ни мужчины, но все восполнял переизбыток темперамента.
«Черт возьми, — кусая от наслаждения губы, думал Фредди., — Какой любовник! Умереть можно!»
Но вскоре он потерял всякую способность соображать. Дикон, как всякий новичок, выдохся очень быстро, но даже за эти несколько минут доставил Фредди удовольствие, которое тот редко получал от самых искушенных своих любовников.
Джон коротко вскрикнул, вцепившись руками в волосы Фредди, и свалился с его спины.
Солист осторожно помотал головой, боясь увидеть слетающие с нее клочья волос.
— Ну, ты даешь, — восхищенно сказал он Джону, — ты работаешь, как профессионал.
Дикон польщенно улыбнулся. Он настороженно проверял свои ощущения, боясь, что будет испытывать стыд и неловкость. Но напротив, под взглядом больших блестящих глаз Фредди ему и в самом деле казалось, что он ас, и он был не против продолжать. Впрочем, для первого раза ему оказалось достаточно, и совершенно удовлетворенный Джон уснул, положив голову на грудь любовнику. Фредди машинально поглаживал его по волосам и с улыбкой смотрел в потолок. Он думал, что об этом приключении он, пожалуй, никому не расскажет. Ну, разве что Тейлору. Может быть.
На следующее утро Гор договорился с имидж-мейкером, которого собирался сосватать группе. Его звали Ахтэ, во всяком случае, он сам себя так называл. Гор его неплохо знал и предвкушал, как на его знакомого среагирует группа. Ахтэ был одним из самых странных знакомых Гора, иногда он думал, что тот вообще не является человеком.