Гортхауэр вылез из машины и устало поднялся к маленькой квартире Тейлора. Целый день, с самого отъезда Манве Мелькор был сам не свой, срывался на кого попало, не мог сосредоточиться на делах и вообще приносил больше вреда, чем пользы. Помощник впустую угрохал кучу времени и энергии, и к вечеру просто не знал, куда деваться от свихнувшегося шефа. Мысленно он благодарил Деву Марию, что Мел завтра с утра уезжает и можно будет заняться нормальной работой. И закончить ее пораньше, чтобы успеть свозить Роджера в новый ресторан…
Открывший дверь Тейлор кинулся на шею любимому. После долгого нежного поцелуя обессиленный гангстер рухнул на ближайший диван, так и не отпустив прижавшегося к нему ударника; тот погладил его рукой по щеке и чутко заглянул в глаза:
— Сильно забегался?
— Если бы. Мел совсем свихнулся, псих ненормальный, — проворчал Гор, зарываясь носом в волосы молодого человека. — Манве пришло в голову изобразить из себя фанатика-адвоката, он умотал в Канаду, а мне тут разбираться с сексуально неудовлетворенными влюбленными…
Роджер заливисто расхохотался:
— Несчастный Мел! Надо сказать Фредди, уж он его утешит за милую душу!..
— Не приведи господи, — тоже засмеялся гангстер. — Несчастный Мел?! Несчастный я!! Сегодняшний день дался мне тяжелее, чем предыдущие полгода! Если бы он завтра не улетал, я бы прямо сейчас повесился!.. — его сетования прервал новый поцелуй, и проблемы оставшегося в одиночестве шефа испарились в голубой дали. — Ладно, не сейчас… попозже… ох, Роди…
Через час Тейлор позвал любовника ужинать; на столе горели свечи, поблескивали приборы и витал аромат пряного жаркого. Едва довольная развитием событий парочка устроилась перед тарелками, зазвонил телефон. Ударник, чертыхнувшись, вышел в соседнюю комнату.
— Гор, тебя, — через минуту удивленно высунулся он обратно. — Кажется, кто-то с работы. Побыстрее, ладно?
— Издеваешься? Я что, себе враг?
Он автоматически прикрыл за собой дверь и взял трубку:
— Слушаю, кто это?
— Гортхауэр, не так ли?
— Да, кто говорит?
— Не думаю, что мое имя имеет принципиальное значение, — ровный мужской голос произносил слова нарочито правильно и четко. — Однако у меня есть для вас сообщение, которым вы должны заинтересоваться. У меня в гостях находится наш общий знакомый, и, полагаю, он задержится здесь на некоторое время. Чтобы его пребывание у нас закончилось быстро и благополучно, от вас потребуется…
— Если это розыгрыш, то идиотский, — грубо перебил говорящего гангстер. — У меня нет времени на такие…
— Не прерывайте меня, — в голосе ощутимо проступила жесткость. — Внимательно выслушайте мои слова, или ваш знакомый расплатится за вашу невежливость.
— Какой, к чертям, знакомый?! — заорал Гор; предчувствие катастрофы ворочалось внутри тяжелым шаром. Из трубки некоторое время доносились лишь потрескивания и статический шум, затем послышалась возня, хлесткие звуки, далекий приглушенный вскрик и еле-еле различимый яростный шепот: «Говори, подстилка!..» Горячий ужас захлестнул гангстера с головой. Привлеченный его воплем Тейлор остановился на пороге как вкопанный, глядя на побелевшее напряженное лицо любимого. Трубку на том конце провода, видимо, подняли и поднесли к кому-то; помощник Мелькора отчетливо различил сбившееся тяжелое дыхание, еще один удар и, наконец, слабое:
— Гор?..
Горячая волна стала ледяной; наблюдавший за ним Роджер испуганно отшатнулся.
— Гор, п-прости… не говори Мелу, он же как огненный дракон, когда злит…
— Тварь! — выкрикнул кто-то на другом конце провода; опять послышались крики боли и шум, потом вернулся первый собеседник Гора:
— Надеюсь, вы поняли, о ком идет речь.
— Что вы хотите? — онемевшие губы слушались с трудом.