Кирилл стиснул зубы, гневным взглядом уставившись на пепельноволосую. В ушах всё ещё звенел вопль убитого.
— Что? — Цири хмыкнула, сверкнув глазами. — Обиделся, что я тебе добычи не оставила? Чёрных ещё много. Хватит нам обоим.
— Ты могла бы прикончить его сразу же. Какого чёрта ты таращилась, пока он кровью истекал и выл на всю округу? Насладилась зрелищем?!
— Чего ты так разошёлся? Это всего лишь нильф! — Цири фыркнула. — Они мою бабушку убили, ты это прекрасно знаешь!
— И ты вбила себе в голову, что сможешь спрятаться за местью? Что она оправдает твою кровожадность? — Кирилл отвернулся. — Надо было уехать, пока была возможность.
— Пфф, и сдохнуть где-нибудь у обочины. Они помогли нам!
— Ты сама себя слышишь? Ради этого, — Кирилл указал пальцем на трупы верховых и карету, возле которой уже крутились остальные Крысы, — Геральт спас тебя? Или ради них твоя любимая чародейка подставила меня, защищая тебя?! Приди в себя, наконец!
— Их здесь нет! — крикнула Цири, всё ещё сжимая в руке меч, на котором уже сворачивалась темно-красная кровь. Губы её дрогнули, и Кирилл не мог понять от злости или от воспоминаний лицо пепельноволосой скорчилось в гримасе. — Они бросили нас!
— И не надоест тебе постоянно это твердить?! — рявкнул Кирилл, сжимая в руках поводья коня. — Ты меняешься, даже сама этого не замечая.
— Зато ты всё ещё корчишь из себя непонятно кого и читаешь мне мораль на каждый мой шаг! Хватит! Я сама смогу постоять за себя!
— Я вижу, как ты стараешься, — едва слышно пробормотал Кирилл, и Цири прикусила губу, увидев, как в глубине голубых глаз заплескалась печаль и…разочарование?
— Я думала, что хотя бы ты меня поймёшь.
— Знаешь что? Забудь, — его губ коснулась горькая усмешка. — Ты вольна выбирать сама и права хотя бы в том, что я привык тебя опекать. Я это признаю.
— Кирилл…
— Никогда моя забота о тебе ничем хорошим для меня не заканчивалась. Ты постоянно показывала свой характер, считая, что тебя оберегают по-дурости, лишая такой желанной для тебя свободы. С меня хватит. Хочешь независимости от моих надоедливых моральных принципов? — он развернул коня. Слишком резко натянул поводья, и животное взвилось на дыбы, протяжно заржав. — С этого момента поступай так, как твоей душе угодно.
Он пнул коня пятками, пустил того рысью, совершив круг вокруг кареты. Увидел, как из неё вышли женщина и молоденькая девица, которую полная матрона прятала у себя за спиной, словно стараясь спрятать от разбойничьих взглядов. Заметил, как Цири подошла к ним, злобно что-то выкрикнув, когда остальная банда распрягала лошадей. Мистле восторженно охала, оценив красоту нильфских скакунов. Цири вновь что-то злобно прошипела хозяйке кареты, и та отшатнулась, увидев ненависть в глазах пепельноволосой бандитки.
***
Полная луна величаво выплыла из-за гор, разливая свой мягкий серебряный свет на лес, убаюканный ночным пением сверчков и одиноким уханьем совы. Листва шелестела над головой, купаясь в порывах игривого ветерка. Пожелтевший листок, вестник скорой осени, сорвался с ветки молодой берёзы, закружившись в причудливом вальсе. Где-то вдали у прудов завыли волки, посвящая свою грустную песнь той, что светила сейчас на небе, окружённая мириадами сверкающих звёзд.
Шаги раздались за спиной, приближаясь, но Кирилл не отреагировал, продолжая бездумно смотреть на небо. Шаги замерли, когда девушка молча присела рядом с ним.
— На звёзды любуешься? — Мистле ткнула его локтем в бок, издав тихий смешок. — Все празднуют, а ты тут горюешь. Поссорились?
— Что-то вроде. Не хочу об этом говорить. Зачем ты пришла?
— На звёзды глянуть. Нельзя?
— Она тебя прислала?
— С чего ты решил, — хмыкнула Мистле. — Она просто рассказала мне, а пришла я сама. Девочка явно сожалеет о сказанном.
— Ты бы знала, сколько раз я уже такое слышал, — скривился Кирилл, откинувшись спиной на валун, всё ещё хранивший в себе тепло солнечных лучей. — Пора было бы уже привыкнуть. Кстати, есть новости о банде Цепкого?
— Меняешь тему, да? Ну, твоё право. Новости есть, да. Хотспорн донёс до прихвостней Цепкого новости про нашу маленькую облаву. Остаётся только сигнала ждать. Эта гнида пожалеет, что нам дорогу перешёл.
— И когда встреча с вашим Хотспорном?
— Завтра ночью. Сразу после, как с Цепким покончим.
— Ты так уверена в победе?
— Иначе никак, — Мистле вальяжно потянулась и зевнула, изящно выгнув спину. — И в этот раз советую тебе, всё-таки, кого-то да и прикончить.
— С великой радостью.
— Знаешь, это даже как-то очаровательно. Ты боишься замарать руки в крови невинной, но без сожаления убьёшь, защищаясь. Ты вообще из этого мира?
— Откуда же ещё, — он поднялся на ноги, бросив взгляд на луну, что плыла среди редких ночных облаков. — Может, с неё свалился?
— Вполне возможно, — девушка подбоченилась, сверкнув глазами. — Но с Фалькой поговори обязательно.
— Ага, спасибо за совет, — Кирилл отвернулся, вглядываясь в очертания деревьев у просеки.
— Ну, будь. Пойду горькой утоплюсь и спать, — мурлыкнула Мистле, облизнув пухлые губки.
— Угу, — рассеяно бросил он, даже не взглянув на неё. — Утром свидимся.
Через мгновение шаги девушки утонули в монотонном шелесте листьев и травы. Кирилл зажмурился, посылая ментальный призыв. Через несколько долгих мгновений в голове зазвенел хрустальный и переливающийся голос Арэйона. Парень облегчённо выдохнул, мысленно приветствуя товарища.
— Весь в делах, да? — Кирилл улыбнулся, услышав недовольное фырканье. — Знаю, знаю, ты злишься, что тебе приходится от всех прятаться.
«Я не злюсь. Но мои собратья — да. Я гарантия того, что ты не злоупотребишь своей силой».
— Что-то вроде наблюдателя? Или няньки?
«В моём мире нет таких понятий. Я просто присматриваю за тобой. Взаимовыгодное соглашение, не так ли?»
— Да так, так, — Кирилл вздохнул, понимая, что Арэйон прав и его сородичи лишь хотят быть уверенны, что человека не занесет на кривую дорожку. — А если они всё-таки посчитают меня опасным и захотят избавиться?
«Они и так считают, что ты опасен. Но всё ещё присматриваются».
— Я понял. Ничего не изменилось.
«Ты всё ещё против моего возвращения?»
— Ты прекрасно знаешь, что это опасно. Мне не уберечь тебя от стрелы или арбалетного болта, прилетевшего из-за угла.
«Воля твоя. Позови, когда буду нужен».
— Будто мне нужно будет звать, — улыбка тронула губы. — Ладно, Арэйон, пойду спать. У Крыс завтра трудный день.
Арэйон не ответил. Кирилл лишь почувствовал, что ментальная связь исчезла, оставив в голове лёгкое гудение и звон. Парень в последний раз взглянул на луну. Волки вновь завыли уже совсем рядом. Ухнула сова, внимательно наблюдая за человеком, который тенью проскользнул под своды пещеры, исчезнув во мраке холодных стен.
***
Всадник влетел на пригорок, сдержал и развернул коня, схватившись рукой о ветку дерева. В селе, что растянулось под песчаной грядой обрыва, выли и надрывались собаки, хриплыми от страха и ярости голосами вторя музыке, что лилась по деревне из набитой людьми корчмы. Он прищурился, всматриваясь в тени, что плясали вокруг уличных факелов. Банда гуляет — в этом не было сомнений. Конь всхрапнул и ударил копытом, нетерпеливо мотнув головой. Наездник удовлетворённо присвистнул, пустив лошадь вдоль края обрыва. Перешёл на галоп, помчавшись в сторону темнеющего за пригорком леса. Через несколько минут верховой влетел в рощу, осадив коня возле атамана.