— Ты тоже уходишь с ними? — веснушчатая вскинула голову, посмотрев Кириллу прямо в глаза. — Обещай, что не будешь больше грустить.
— Я буду стараться, — парень опустился на корточки, улыбнулся. — А ты обещай, что будешь беречь себя.
— Обещаю, — пискнула девочка, крепко обвив ручонками его шею. — Я буду по вам скучать. Буду помнить вас всех, честно-честно.
— Будь счастлива, малышка, — ответила всё это время стоявшая рядом Мильва, провожая взглядом скрывшуюся в толпе беженцев девчушку.
Кирилл отошёл от группы и растворился в толпе, желая понаблюдать за бытом тех, кто сновал вокруг. Неспешно прошёлся вдоль торгового рада, приглядываясь к товарам и ценникам, которые явно были задраны до небес. Он обернулся и бросил взгляд на холм, где в окружении толпы кметов стояла Ви и остальные. Топот конских копыт и крики привлекли его внимание. Он вскочил на телегу, устремив взгляд туда, где всё сильнее нарастал странный гул.
— Нильфы! Спасайся кто может! — крики и визг бегущих людей заполнили всё вокруг. Толпа хлынула в разные стороны, паника охватила бегущих. Кирилл бросился к холму. Увидел, как среди телег мелькнула белая голова ведьмака, заметил, как Мильва и Ви побежали к лошадям. Крики усилились. Гул нарастал, сотрясая землю.
В несколько широких прыжков он преодолел расстояние между палатками кметов, бросился под телегу, перекатился под ней, оказавшись на другой стороне небольшой площади.
«Беги! Беги к ручью!»
И он сорвался с места, скрываясь в дыму горящих телег и палаток. Гул за спиной всё нарастал. Люди вокруг истошно кричали. Арэйон мчался вдоль ручья, замедлив галоп лишь на мгновение. Кирилл прыгнул, мягко оттолкнувшись ногами от земли, схватил коня за гриву и ловким движением вскочил в седло. Уроки Эскеля не прошли для него даром. Оглядываться не было смысла. Он и так знал, что чудом смог вырваться из кольца двух сошедшихся в схватке армий. Вокруг звенела сталь, гремели подковы, кричали люди, дрожала земля.
— Мильва! Нам нужно найти её! — он всё же оглянулся. Лагерь беженцев, объятый огнём, был охвачен хаосом. Резня — единственное слово, которым можно было описать всё происходящее позади. А где-то там, среди всего этого кошмара, затерялись Лютик и Геральт.
Конь вспорол грудью речную гладь в тот момент, когда на другом берегу показался силуэт Мильвы. Ви вышла из воды через несколько мгновений. А через несколько минут он нагнал их и сам.
— Куда?! В каком направлении? — Арэйон промчался мимо девушек, Кирилл обернулся.
— Там, там! Сразу за березняком! Не жалей меча сучьим детям! — Мильва махнула рукой, но не остановилась. Они оба уже видели, что один из конокрадов безуспешно пытался заставить коня Лютика двинуться с места.
Запела сталь меча, вынимаемого из ножен. Конокрад обернулся и в страхе попятился, когда чёрная бестия в облике лошади понеслась в его сторону со скоростью стрелы, выпущенной из лука. Он увидел, как на солнце блеснуло смертоносное лезвие меча, когда всадник, едва заметно пригнувшись к шее коня, взмахнул рукой. Устрашение удалось на славу. Конокрад рванул с места, издал дикий вопль и со всех ног бросился к спасительным деревьям. Догонять его не было смысла. Кирилл развернул коня, протянул руку Ви и подтянул её в седло. Мильва вскочила на Пегаса, сразу же пустив его в галоп.
Остальных они настигли сразу за невысоким пригорком, у самой кромки молодого березняка. Кметы, пытавшиеся усмирить норовистую кобылку Геральта, не сразу заметили их. Лучница налетела на одного из конокрадов, сидя верхом на Пегасе, и сшибла того с ног. Соскочила с седла. Кирилл увидел, как один из воров саданул Мильве кулаком прямо в глаз. Второй успел ударить её палкой по голове. Лучница пошатнулась, согнулась пополам.
— Держись! — Ви вцепилась руками в куртку Кирилла и успела пнуть ботинком особенно наглого кмета, который решился стянуть их с седла. — Мильва, пригнись!
Лучница упала на спину. Сталь меча распорола воздух, через мгновение наполнившийся диким криком боли агонизирующего конокрада. Сперва Кирилл не обратил внимания на промчавшегося совсем рядом всадника, и на мгновение было обрадовался тому, что Геральт успел убежать из лагеря беженцев. Но он ошибся. Неизвестный сшиб с ног оставшегося кмета, щедро осыпая его ударами плетью. То ли побои, то ли смерть одного из своих заставили кметов оцепенеть от страха, но через мгновение они уже бежали к лесу, призывая духов и богов спасти их от гибели.
— Хватайте коней и за мной! — крикнул незнакомец, схватив вожжи Плотвы. — Прочь от армии и реки!
Кирилл увидел, как Мильва выхватила свой лук, нацелив стрелу прямо в грудь всадника.
— Убьёшь меня? — спокойно проговорил конник. — Твоя стрела всё ещё у меня, эльфийка.
— Я не эльфийка, нильфгаардец.
— Мильва? Что происходит? — Кирилл непонимающе взглянул на лучницу. — Ты его знаешь?
— Я всё объясню, но не здесь. Ты всё равно не выстрелишь, — с этими словами всадник развернул коня в сторону леса. — Оставаясь здесь, вы своих друзей не спасёте.
***
— Его зовут Кагыр, — ответила Мильва, обращаясь к Кириллу. — Знакомец ведьмака. Мы думали, что он мёртв.
— Всего лишь небольшая стычка, — сухо пробормотал Кагыр. — Разбойники.
Они въехали в лес, окутанный птичьим пением. Затхлый запах гниющей листвы окутал лёгкие, повеяло сыростью.
— И чем же ты так Геральту насолил? — поинтересовался Кирилл, сверля спину всадника тяжёлым взглядом.
— Цирю вашу на Таннеде хотел в Нильфгаард утащить.
— И в Цинтре тоже, — не стал отнекиваться Кагыр, словно желая расставить все точки над «и».
— Так это ты ей снился в кошмарах… — Кирилл стиснул поводья. — И преследовал нас на Таннеде тоже ты. Мир, оказывается, не такой уж и большой.
— Да, — едва заметно кивнул нильфгаардец. — Особенно если он вертится вокруг неё.
До самой ночи никто из них больше не вымолвил ни слова. Когда они выехали из леса, полная луна заливала равнину своим серебряным светом, вычерчивая ленту реки и противоположный её берег. Лагерь был пуст. Покинут теми, кому посчастливилось вырваться из адовой резни.
— Неужели никто не выжил? — едва слышно прошептала Мильва.
— Смотря кто победил, — холодно бросил Кагыр. — Чем это так…
— Регис? — лучница сдержала крик, почувствовав запах пряных трав.
— Я, — бесшумно появился из мрака цирюльник. Кирилл и Ви обернулись на голос. — Вижу, ты сумела найти их. Да ещё и новое лицо появилось.
— Это они меня нашли, — Мильва отрицательно помотала головой, когда Кагыр уже потянулся было к мечу. — А где Лютик и Геральт? Где Золтан и Персиваль?
— Я знаю, где они. Но нужно выступать немедленно. До полуночи надо быть у Армерии.
— Как ты нас нашёл? — поинтересовалась Ви.
— Долгая история, — улыбнулся одними губами цирюльник.
***
Геральт лежал связанный, раздумывая над словами цинтрийского маршала. Злость клокотала в нём, ненавистью подступая к горлу. Ведьмак и сам не осознавал до конца, почему не дал в зубы Виссегерду, когда тот осыпал Цири последними словами. Сделай он это, получил бы удовлетворение? Или бы уже болтался в петле?
— Лютик? — ведьмак забеспокоился. — Ты чего это умолк?
— Накричусь ещё по дороге к виселице, — угрюмо ответил поэт. Зашевелился, тщетно пытаясь перекатиться на другой бок.
Геральт насторожился, когда медальон на шее дёрнулся, а в ноздри ударил запах пряных трав.
— Регис? — недоверчиво шепнул он.
— Регис, — едва слышно прошептал в ответ Лютик, и ведьмак уловил скрип лезвия, перерезающего верёвку.
— Геральт, — размытая тень цирюльника возникла перед ведьмаком. — Направляйтесь на восток, на самую яркую звезду Семи Коз. Прямо к Ине. Там вас ждёт Мильва с лошадьми.
— А Кирилл? Остальные?
— Кирилл и Ви с Мильвой. Ну, ступайте, пока патруль не сменился.
— А ты? — Лютик недоуменно пожал плечами.
— Не изволь беспокоиться. Я справлюсь. До встречи.
— Благодарю за спасение, — обернулся ведьмак. — Но лучше бы нам больше никогда не пересекаться.